Он снова ощутил этот странный гул, который разрывал, и его — и без того истерзанный «мозг» — на «куски» — и в этот раз, он был более чётким, более конкретным и он, как будто, уже был «готов» услышать, чьё-то долгожданное — «приветствие». Появилось ощущение, что не гул — часть этого места, а какое-то постоянное, неизменное эхо, которое то отдаляется, то приближается. И всё что его окружало — вновь — начало сходится воедино — не как сны а как «зловещие» и уже — почти — знакомые — «видения».
И его зрение, словно — пытаясь отыскать — «нужную дорогу» — опять поймало «фокус» и увидело — его " руки" где опять происходило — что-то не «понятное». Снова взглянув на свои трясущиеся руки, Рей с удивлением увидел что-то странное. Его пальцы, все еще дрожащие, касались чего-то твердого и темного. Ошметки, которые он отцепил от чудовища, были в его руке и выглядели как небольшие осколки тёмного стекла, что так жутко — «поблескивали», на «фальшивом свете».
«Что это за дерьмо?» — как во сне прошептал Рей и, содрогнувшись, вдруг — заметил — как от этих уродливых осколков, по его пальцам, расползлась — черная «дымка» словно «яд», что впитывается в его плоть — и тем самым как то странно — «меняя» — его, привычные — и надоевшие — «формы». И вся эта мерзость «поглощала» его кожу — словно «нечто» — впитывается, через все его поры и в «мозг» как в «губку». И Рей, почти, уже — заорал от страха, понимая что его — «снова ломают», дабы «переделать» — в очередного — и «покорного раба», как вдруг он почувствовал — прилив силы. Как будто — какая-то неведомая — и столь «проклятая энергия» с остервенением врывалась в его — давно — опустошенное тело. И он, с кривой ухмылкой — втянул в себя — этот «горький» и «вонючий» — «воздух», впуская его в свои истерзанные «легкие», и от чего его кровь — вновь «запульсировала» — и «обжигая» изнутри. И вся эта сила — с каждым вздохом — всё — росла и разрасталась — как пожар в «лесу», где его — тело — медленно превращалось — в «стальную статую», готовую ко — всему.
И в этот самый момент, Рей почувствовал, что — кто то, как бы — «мягко и „нежно“» — «шепчет», — ему — что то на ухо — и эти звуки походили — не на «проклятье», а как некая «сила» что ждала что бы он " её принял" и — «понял». " И именно в этот момент Рей — внезапно — осознал, что, он, наконец то получил — долгожданную — и «чертовски» «необходимую» — «волю». Он получил, какие-то — «очки», с помощью которых он — как и тот «злополучный уродец» что он убил, — мог теперь — вновь — «воскреснуть». И что — «те» «осколки» что он всё еще сжимал в своих — окровавленных руках — были — всего лишь — «топливом» для его новой «реинкарнации» и это были — словно — пропуск — в мир «боли и извращений», — где смерть была лишь — отправной точкой для его «долгого пути» и где он должен был — как и «раньше», что то — вновь — от кого то — «забрать».
«Бля… бля… бля!» — всё также, — но уже «по иному» зашептал он, словно пробуждаясь от жуткого — кошмара — но всё еще пытаясь — понять и осмыслить — что за «дьявольская игра» тут всё ещё — продолжалась. Его тело восстановилось — словно у — компьютерного персонажа после «загрузки», где — все «старые поломки» тут же были устранены — и теперь ему, как «нека"кому-то герою из — какой то — столь — бездарной игры, нужно было — как то, "уцепится» за эту столь — «долгожданную» и такую «хлипкую» — «жизнь». «Вот ты какая, ты тварь этакая — моя долгожданная свобода», — и его губы расползлись в зловещей улыбке.
Он вновь взглянул в ту «гнилую» «долину» что походила — больше — как «чёртов ров», где — как и раньше — шли какие то бессмысленные побоища — где все воевали — против всех и одновременно — против себя самих. Она по прежнему — всё так же — была — жуткой и отталкивающей, но что странно — на этот раз — её — уродство, стало казаться Рею — всё — более «притягательной» — как старый и отслуживший свой «век» — артефакт. И где, то — далеко внутри, что то всё — так же " манило его", но не к гибели а скорей к «осознанию», — «всего» что происходит — давая ему — четко — ощутить ту — столь «извращённую» и «дьявольскую тягу», — что тянула — его вперёд. — не к «смерти», а в «новое начало». «Ну что же… Надо — наконец-то — со всем этим разобраться!» — язвительно подумал Рей и как будто давая команды своим костям он нехотя, поднялся на ноги, словно «чужая» воля снова овладевала его истерзанным — «разумом».
Он как будто уже свыкся с этой болью и этим безумием, понимая что это лишь, очередная ступенька на его «истинном» и долгожданном пути. И теперь, когда он так многое «понял» его уже ничем не остановить.
