– Не стоит кипятиться, достопочтенные, – произнёс верховный маг Байсен. – Возможно, господин Гвадемальд хочет сказать, что ситуация в Дербенах столь сложная, что объяснить её вот так в двух словах просто невозможно.
Позиции гильдии магов в Вирфалии хирели год от года; без поддержки короля, гильдия потеряла авторитет у знати, а постоянные неудачи в попытках управлять погодой и прочими природными явлениями, заставили простой люд отвернуться от организации. Несмотря на это, верховный маг Байсен продолжал смотреть в будущее с надеждой. Его удивительные обаяние и доброта служили гильдии верой и правдой. Сказать по чести, если бы на месте главы гильдии оказался кто-то другой, король, под давлением касты жрецов, уже давно распустил бы это сословие. Но главенствовал в гильдии именно Байсен, которого все любили и почитали. Даже жрецы, ненавидящие магов всей душой, отступали перед Байсеном, отдавая должное его трезвому рассудку, доброму сердцу и истинной любви к отечеству. Слова, произнесённые верховным магом, предали сил Гвадемальду и укрепили его веру в мелочность жреческого сословия.
– Давайте начнём с начала, – сказал воевода Сегур Крестовий. – Господин Гвадемальд получил приказ его величества заступать на службу в дербенском форте «Врата», до дальнейших распоряжений. Господин Гвадемальд так и сделал, но, в конце концов, всё-таки ослушался своего сюзерена и нарушил приказ – покинул свой пост. Тем не менее, я должен заявить, что господин Гвадемальд неоднократно обращался ко мне с просьбой выслать ему помощь: людей, оружие, фураж, провиант, коней. Принимать подобные решения без совета с вашим величеством не в моих правилах. В мудрости своей, ваше величество каждый раз считало, что стоит повременить с исполнением всех этих просьб. Сказать по правде, я вас в этом каждый раз поддерживал.
– Вот видите, уважаемый Кивиан, – продолжил маг Байсен, обращаясь к жрецу. – Ответ господина Гвадемальда на ваш вопрос оказался не столь бестолковым, как могло показаться. Пробыв в полночных землях столь долго, господин рыцарь стал излагать свои воззрения тем языком, который там ясен и понятен, но здесь, в стольном граде нам кажется запутанным и несуразным. И мне думается, что главной задачей господина Гвадемальда – вспомнить, как говорить понятным для столицы языком, а наша задача – научиться думать так, как думают в Дербенах.
Повисло молчание. Слова Байсена подействовали на всех успокаивающе. Впрочем, как и всегда.
– Хорошо, – хлопнув в ладоши, сказал воевода Сегур. – Господин Гвадемальд, скажите, форт «Врата» всё ещё наш?
– Нет, – коротко ответил рыцарь.
– Вам удалось присмирить разбойников, обезумевших от сказок про сокровища Скола? – в свою очередь спросил жрец Кивиан.
– Нет.
– Вы можете сказать, когда возобновятся поставки товаров из Дербен и из Сивых Верещатников? – спросил один из лордов.
– Нет, – снова ответил Гвадемальд.
Сидящие за столом стали переглядываться. Один король ни на кого не посмотрел: он казался таким же отстранённым, как и в начале разговора. И всё же именно он задал следующий вопрос.
– А что вам понадобится для того, чтобы из этих трёх «нет», сделать три «да»? – спросил Девандин.
– Самая крепкая железная цепь, что есть в нашем королевстве, войско в две с половиной тысячи копий, дюжина рыцарей, две дружины плотников и столько магов, сколько способна отрядить гильдия, – бойко ответил рыцарь.
– Не слишком ли много вы собрались выставить против одного человека? – спокойно спросил Девандин. Скорее всего, до короля уже дошли слухи, что форт «Врата» необычайным образом захватил всего один человек. Конечно же, король не мог поверить в подобные бредни, но, как мудрый правитель, он понимал, что слухи редко рождаются на пустом месте.
– Он не человек, – ответил Гвадемальд. – И если бы я сам не оказался участником тех событий – я никогда бы не поверил в подобные россказни.
– Господин рыцарь, – обратился к нему король, – скажите, кто в этой зале может усомниться в вашем слове?
Гвадемальд вздохнул.
– Никто, ваше величество, – ответил он. – И поэтому я расскажу эту историю.
Рыцарю подали небольшой стульчик; такой, на которых обычно сидят менестрели, играя знати, пока та вкушает дорогую снедь. Гвадемальд опустился на него, предварительно подобрав свой белый парадный плащ.
