Подземные твари, имя которых никто не знал, ломились из Третьих Врат с такой неистовостью, что обороняющиеся ничего не могли сделать. Баррикады трещали и разваливались. А если и не разваливались, то переставали иметь хоть какое-то значение, потому что не возвышались перед врагом, а утопали в тёплых трупах. Чудища, просто наваливали трупы перед баррикадами и взбирались по этим сочащимся кровью горам, прыгая сверху на вирфалийских солдат. Линия обороны переместилась с центра колонного зала к выходу из склада на двор форта. Здесь, люди всё ещё держали небольшой клочок помещения, но понимали, что очень скоро придётся отступать на двор. А на дворе тем временем дела шли не лучше: чудовища стали выпрыгивать из окон склада и расползаться группами по всему форту, нападая на всех подряд. На лесопилке и в саду уже образовались свои очаги сражения. А вот северная часть форта всё ещё держалась: ведь здесь стояла Дозорная Башня, в которой обосновался отряд лучников. Запасы стрел иссякали, но именно благодаря этому отряду ни одно чудище не пролезло через те окна склада, что выходили на северную сторону. К тому же, лучники, среди которых находился и Лорни, отлично прикрывали людей с тараном у входа в замок.
Коня Гвадемальда ранили во время стычки в саду, возле небольшого палисада. Чтобы конь внезапно не упал и не придавил его, Гвадемальд отпустил животное и теперь бился пешим. Вирфалийский воевода терял преимущество, полученное в начале битвы. Но, будучи честным человеком, лишённым безрассудного самолюбия и губительной принципиальности, Гвадемальд решил сделать всё для победы, даже в ущерб репутации и гордости. Он метнулся ко входу на склад, миновал кровавые лужи, вошёл под тёмные своды просторного помещения, зарубил по пути двух чудищ, прыгнувших откуда-то сверху и навалился на стену из щитов, которую бойцы переднего ряда держали, скользя по крови, которая струилась из-за этих баррикад.
– Где Ломпатри? – прокричал Гвадемальд рыцарю Овиану, который держал щиты тут же рядом с ним.
– Кто? – переспросил измазанный в крови и саже рыцарь. Всё вокруг гудело и гремело. Люди орали, стоял лязг мечей, а рёв чудищ всё нарастал.
– Единорог! – повторил воевода.
Овиан махнул куда-то за себя и снова зарычал, напирая на щиты. Сверху спрыгнули ещё три чудища. Первого закололи копейщики из второго ряда. Второго Гвадемальд пронзил мечом, а вот третий чуть не снёс воеводе голову. Гвадемальд кинулся в рукопашную. Волосатое чудище оказалось не так сильно. Повалив в кровь это создание, Гвадемальд сорвал с себя шлем и стал бить им врага по голове. Но дорогой рыцарский шлем выскользнул из рук: воевода уже давно потерял правую перчатку и орудовал голой рукою измазанной в крови и в поту. Чудище вцепилось ему в горло, а он, в свою очередь схватился за волосатую нижнюю челюсть и за нос. Морда чудища походила на собачью, и Гвадемальд решил разорвать её, открыв рот этой твари так широко, как она его никогда не открывала. Только вот захват чудовища на горле воеводы оказался слишком крепок. К счастью, один из солдат, бившихся рядом, вовремя понял, что происходит, и вонзил своё копьё в открытую пасть зверя. Гвадемальд попытался подняться, споткнулся о свой шлем и рухнул на каменный пол, ударившись лбом о сапог мёртвого солдата. Сверху на него кто-то упал. Рыцарь подумал, что это ещё одно чудище, но это оказался труп человека, пронзённый копьём. Там, на другой стороне баррикад, чудовища ступали уже не только по трупам своих воинов, но и по трупам людей. Подземные твари подбирали людское оружие и пускали его в ход. Длинные копья хорошо проходил в щели между щитов, и легко вонзались в плечи и в лица людей. Кое-как, ползя на четвереньках, рыцарь добрался до левого фланга. Здесь, в кровавой жиже он подобрал добротный рыцарский меч. Оружие принадлежало Ломпатри. Гвадемальд уже подумал, что атариец погиб, но сразу же заметил его крупную фигуру, крушащую врагов своим оживальным щитом. Острый конец колол черепки врагов, как орехи.
– Ломпатри! – закричал рыцарь.
Белый Единорог услышал своё имя, а когда увидел валяющегося в крови Гвадемальда, завопил:
– Где он?
Гвадемальд помотал головою, встал и оттащил атарийца в сторону. Прильнув к стене, они протиснулись к воротам. Воины, стоящие тут, пропустили их во двор и сразу же с новой силой навалились на врага.
– Где Тим? – снова спросил Ломпатри.
– В замке, – ответил запыхавшийся Гвадемальд и подал своему другу его меч. – Какая разница? Надо удержать форт! Что делать?
Ломпатри понял, что Гвадемальд готов передать командование в его руки, лишь бы справиться с напастью Третьих Врат. Только вот Белый Единорог и сам не представлял, что тут можно поделать.
– Рассказывай! – крикнул ему Ломпатри. Тут же на них налетела группа чудищ. Рыцари отбили атаку и поспешили к замку, где виднелись флаги вирфалийских отрядов.
– Сад и лесопилка ещё держаться, – рапортовал на бегу Гвадемальд. – Но это ненадолго. У казарм наши возводят укрепления. Полуденные врата открыты. Дозорная Башня у лучников.
