Мелькнула черно-белая молния с узкими крыльями, влетела без малейшего всплеска в волны, мгновенно вынырнула. В когтях билась крупная длинная рыба, мотала хвостом. Навагу, что ли, закогтила, проворная?
- Скопа, - безразлично протянул Басур, ткнув пальцем.
- Знаю, - кивнул Ру, - у меня такая за домом постоянно камбалей гоняет. Утром и вечером, как по расписанию.
- С этим у них строго… - солдат прислушался к тому, что происходило за поворотом.
- Что там?
- Тропу потеряли, - пожал плечами Басур, - вернее, она есть, но какая-то странная.
- В смысле? – не понял Ру.
- Там гребень узкий, метра три в высоту. И веревка вниз прокинута. Старая, но вроде живая на вид. Но до веревки не дотянутся. Разве что по гребню проползти, чтоб за нее схватится. А он, пиздецки просто узкий – кунья тропа.
- Так это на подъем сугубо сделано, - выдохнул инспектор. Подумал, не попробовать ли растереть колено, глядишь, да полегче станет. Хотя, нет, самообман это все.
- Эт как? – теперь уже Басур удивился.
- За нее цепляешься, и ползешь под углом. Там, зуб даю, будут ступенечки, которые сверху не видны. Нужно обход искать. Точно есть.
- Хитрая придумка, - покачал головой солдат.
- Я такое на Алихане видел, - устало проговорил Ру, - когда нас там лагуньеровцы у Одатоми прижали, у древних танков. Я тогда по самой платформе, через шипшовник уполз. И от Двух Братьев верхом продрался.
- Это ж когда два катамарана погибло, тогда, что ли? – Басур уставился на инспектора с изумлением пополам с каким-то детским восторгом.
- Ага…. Я как раз тогда Алихан низом и прошел. Хорошо, еще в отлив попал. Лагуньеровцы за мной и не полезли, думали, сам сдохну. Но повезло. Из трех команд мы вдвоем с Буржем и вышли
- Буржа потом едведь задрал…
- Помню, да. Он же, вроде, в берлогу провалился?
- Обед с доставкой, бля!
- Эй, вы там, - высунулась из-за уступа потная рожа Кордона, украшенная парой свежих царапин, - живые?
- Вас пока дождешься, и вправду помрешь, - съязвил Ру, - кто-то забыл, что он тут с закрытыми глазами пробегал?
- Не говорил я такого! И вообще, ходил тут раз всего, лет десять назад.
- Валрус говорит, тропа с нашей стороны может где-то в обход идти. Та веревка чисто на подъем.
Кордон с подозрением уставился на инспектора. Тот сделал лицо попроще – расслабил нижнюю челюсть, вывалил язык. Хотел еще слюней подпустить, да все пересохло неимоверно – даже в горле царапало.
У комкома влага во рту нашлась. Плевок повис на серой скале, раскачиваясь на ветру.
- Нашел! – донесся радостный крик пловца. – Тут чутка спуститься и по-над скалой пролезть можно!
- Главное, жопу не ободрать, - хмыкнул инспектор и подмигнул Басуру, - пошли, что ли, дальше, пока скопа нас по небу не потащила.
Команда пробиралась сквозь Гибель Ринга долго – солнце успело подняться в зенит и начало спускаться. А потом, когда до заката осталось три ладони, тропа, став на последних метрах, подозрительно прямой, кончилась, упершись во фьорд.
Невеликая команда стояла на краю невысокой каменной стены, изрезанной торчащими скалами-клыками, будто диковинный выблядок акулы и едведя. Под ногами, в кишке-фьорде, кипел океан. Волны швыряли пену щедрыми горстями.
Кишка неширока – метров пять от силы. С той стороны продолжался тот же базальт и прочие скалы. И вилась тропа.
- Близка жопа, да не укусишь! – глубокомысленно произнес Басур. И ее самую почесал – команда от подъемов и спусков взмокла, как портовая блядь, которой выпало катамарану смолить дно жарким летом.
- Пиздец, - протянул Кордон.
- Я промолчу, да? – прищурился инспектор.
- И думай потише, - хихикнул Морсвин. – А то рожа довольная, хоть лимонником по сусалам стегай.
- Это у меня от волнения, - пояснил Ру, - я очень волнуюсь, когда мне долго по ушам ездят, а это потом херней оказывается. Прям чесаться начинаю. Во всяких местах.
- Во-во, - внезапно поддержал инспектора Басур. И, разумеется, снова почесался в тех самых местах.
- Так, - отрезал Кордон, - пошли нахер, оба. Сви, ты тоже не подпездывай!
- А я что? – удивился пловец. – А я ничего.
Комком забегал по небольшой площадке, зачем-то полез на один из клыков.
- Ну! Точно, было же! – заорал он оттуда, потрясая обрывком веревки.
- Намекает, что тут когда-то переправа была натянута, - глядя в сторону океана, произнес Морсвин, нехорошо прищуривщись.
- Нам от этого не легче, - кивнул ему Ру. – Она-то была, но кончилась.
- Вот я его щас как пошлю, не только нахер, но еще и куда подальше… - Морсвин обреченно посмотрел на кипящую воду, потом на подходящего комкома, отряхивающего штаны и куртку.
- Сви… - начал Кордон.
- Нахуй иди! – вызверился пловец. – Я туда не полезу! Нашел, блядь, придурка! И ты иди! – ткнул он пальцем с обломанным до мяса ногтем в Басура. – И ты! – палец уткнулся в Валруса. – Все идите! Меня, блядь, крабы чуть не съели! Я туда не полезу! Нахуй! Нахуй, я сказал!
- Разогревайся, разогревайся! – потрескавшиеся губы Кордона расползлись в улыбке. Об ту улыбку хорошо бы ножи затачивать. Или котят убивать.
