нашел интересные снимки. В чем там дело? Ты убедил дикарей снять на видео очередной
ритуал массового суицида?
— Перестань молоть чепуху, сынок! — укоризненно нахмурился было старик, но
тут же проглотил наживку и принялся увлеченно вещать: — Я же тебе говорил, что
никакой это не суицид! Вспомни мою подборку спутниковых снимков!
Он принялся быстро щелкать мышкой, открывая папки с данными, и за несколько
секунд вывел на монитор с десяток старых снимков, датированных позапрошлым
десятилетием.
— Смотри сюда! — Джеймс указал на один из них. — Качество плохое, под
спутником в тот день проходил мощный циклон, и серию снимков удалось сделать всего
одну, когда в толще облачного фронта случайно возник разрыв.
Майк вгляделся в изображение. Полуголые дикари, как обычно, прыгали в огонь,
сокращая свою численность. Если бы не огромное кострище, с таким качеством снимка
вообще было бы ничего не разглядеть. И так почти одни смазанные силуэты.
— И что? — не понял Майк. — На что смотреть-то? Как они себя на костре
сжигают? Прости, Джеймс, но ты же знаешь, я не получаю удовольствия от садизма. Я
вообще не понимаю, как они до сих пор не исчезли. Ты же говорил, что ус траивают этот
жуткий ритуал несколько раз в году!
— Два или три раза, — подтвердил старик. — Точно не известно. Но в этом-то и
дело! — с жаром воскликнул он, и Майк понял, что Джеймс оседлал любимого конька и
теперь уж точно встретит Рождество с самыми теплыми эмоциями. — Они же не могут
плодиться так быстро, что им требуется массовый суицид несколько раз в год! Ты вот
сюда смотри! — Указатель мышки уткнулся в прыгающую в огонь косматую фигуру,
кажется, обнаженную по пояс. — Видишь?!
— Он голый, что ли? — неуверенно уточнил Майк. — Ну, тот, что со шрамом на
спине?
— Нет! — недовольно фыркнул Джеймс. — У вас, сопляков, только одно на уме! В
штанах он! И баб голых тоже нет! Ты на шрам смотри!
— А что со шрамом? — покосился на него Майк. — Вроде шрам как шрам,
качество отстойное, не видно толком...
— А вот что! — интригующим тоном произнес старик и развернул рядом со
снимком ещё одно фото. — Это изображение было получено через два... эээ... через три
года! Видишь эту фигуру?
— Блин, Джеймс, тут качество ещё хуже! — взмолился Майк. — Где ты только
насобирал это барахло, неужели орбитальные спутники так плохо работают? И что я
должен увидеть? Ещё один дикарь со шрамом, только этот собрался утопиться! Ну и что?
— А то, болван, что это один и тот же дикарь! — накинулся на него старик, и
Майку пришлось немного сбавить обороты. — Смотри внимательнее на шрамы! Они
идентичны! Я, кстати, проводил компьютерное наложение. Результаты полностью
подтверждают мои выводы.
— Ты хочешь сказать, что он не сгорел тогда и в этот раз они решили его утопить?
— сообразил Майк. — Живучий абориген!
— Сейчас мне стыдно за твой мозг, сынок, — философски изрёк Джеймс, — но,
признаюсь, в первую секунду я подумал точно так же. К счастью, было это давно. Вот
тебе третий снимок. Это — великий раритет, один из немногих, что удалось получить в
отличном качестве.
Он вывел на соседний монитор ещё одно изображение. На нем было хорошо видно
заснеженное кострище, в нескольких десятках метров от которого группа обнаженных по
пояс дикарей замерла около довольно большого деревянного идола. У одного из них через
всю спину шел старый шрам.
— Это тот же, что и на двух предыдущих фотках. И сделан снимок, — Майк
посмотрел на дату в углу, — ещё через год с чем-то. — На этот раз он понял, к чему
клонит Джеймс. — Ты хочешь сказать, что ритуал дикарей — не суицид? Но зачем тогда
им в полуголом виде, при температуре в минус пятьдесят, лезть в огромный костер или
прыгать в ледяную воду? Почему она не замерзает, кстати?
— Не знаю, сынок, — довольно улыбнулся старик. — Но теперь ты мыслишь в
правильном направлении! Почему не замерзает вода, теоретически объяснить можно.
Ученые считают, что в том месте, на дне, из-под земли бьет горячий ключ. Вода, кстати,
замерзает, вон какая толщина льда в этой дыре, куда они ныряют, просто замерзает она не
сразу, так что некоторое время у них есть. А вот зачем они всё это делают — вопрос
немаленький! Я думаю, что это тест! Тест на выживаемость! Так они отсеивают слабых и
нежизнеспособных. Тот, кто его проходит, например, получает право иметь потомство,
или возможность претендовать на лучший кусок добычи, или ещё что.
— Ну... — Майк пожал плечами. — Какой-то смысл в твоем предположении есть,
но...
— Конечно есть! — воодушевленно перебил его Джеймс. — Ты пошевели мозгами
хорошенько, сынок! Они проводят свои ритуалы в пятидесятиградусный мороз в
полуголом виде и при этом до сих пор существуют! Это ли не доказательство смысла?!
Вот! Самые последние данные!
Старик ткнул пальцем в клавиатуру, одновременно сворачивая все окна сразу, и
