- Моя милая мадам, простите, - серьезно сказал дон Хуан. «Я скорблю вместе с вами о
вашей утрате. Как печально потерять спутника жизни и отца ваших детей».
- Спасибо, - едва заметно всхлипнула Марта.
- Ты будешь немкой, - сказал Джон, вручая ей бумаги. «Вот тут все написано. Тут документы
о твоем крещении – в Гамбурге, о венчании – там же, о крещении детей, о смерти мужа – в
общем, все, что надо. Немецкий язык у тебя хороший, да и у детей теперь тоже. Не то чтобы
вам пришлось на нем там разговаривать, но на всякий случай».
- Мне бы, кстати, раз я на континенте, неплохо было бы съездить в Гамбург,- озабоченно
сказала Марта. «Да и в Антверпен тоже, он же в Нижних Землях».
- Ну, в Германию ты не успеешь, а в Антверпен, езжай, конечно, - улыбнулся Джон. «А что у
тебя там?»
- Семейные дела, по наследству, - небрежно ответила женщина.
- А это мои дети, - Марта опять присела. «Тео и Теодор».
- Какое прелестное у вас потомство! – восхитился дон Хуан.
Дети поклонились.
- Тебе, наверное, лет восемь уже, - принц потрепал мальчика по огненным кудрям.
- Мне будет пять, - с достоинством сказал Теодор. «А вы герой Лепанто, как кондотьер
Орсини?»
- А ты его знаешь? – заинтересованно спросил мужчина.
- Мы познакомились, когда жили в Венеции, - Теодор широко распахнул глаза. «Он возил нас
в Арсенал, показать, как строят настоящие морские галеры. Вы сражались на таких
кораблях , ваше высочество?»
- Именно, - Хуан посмотрел на Тео. «А вас, мадемуазель, я даже не буду спрашивать о
возрасте – ибо такой цветок, как вы, - вечно юн и свеж».
Девочка зарделась и отвела взгляд.
За обедом Шарлотта спросила: «А вы сейчас обратно в Гент, ваше высочество?».
- Да, мадам, ибо мы с вашим мужем,- Хуан поклонился в сторону штатгальтера, - к вящему
удовлетворению нас обоих, обо всем договорились.
- За подписание Гентского мира! – Вильгельм поднял бокал и взглянул на жену. Та только
чуть улыбнулась.
- Позвольте, мадемуазель, - дон Хуан обратился к Тео, - выпить с вами за то, чтобы на этой
земле, наконец, воцарилось спокойствие.
Дочь Марты опять покраснела. «Я не пью, ваше высочество, мы же с братом еще дети. Нам
вино разбавляют водой».
- Ну, мадемуазель Тео, вы уже взрослая девушка, - Хуан выпил. «Отказываться от такого
прекрасного бургундского – преступление».
- Может быть, попозже, когда подрасту- сказала девочка, беря в руки изящную серебряную
вилку. «Обожаю фрукты», - сказала она, опустив глаза к тарелке. «Особенно засахаренные.
И еще пирожные».
- Да вы сладкоежка, мадемуазель, - принц потянулся я к большому блюду. «Хотите еще
конфет?».
- Очень, ваше высочество, - Тео опять покраснела. «Спасибо большое».
- Так вы, мадам Бенджамин, отсюда – прямо в Антверпен, как мне сказала мадам Шарлотта?
– принц присел рядом с ней у камина.
- Да, там у меня дела по наследству мужа, - женщина разгладила на коленях простое темно-
зеленое платье. «А потом, - обратно в Дельфт, к моей милой подруге».
Шарлотта, укачивавшая засыпающую младшую дочь, взяла Марту за руку: «Знаете, дон
Хуан, сам Бог послал мне дорогую нашу Марту. Если бы не она, я бы, - она понизила голос,-
совсем заскучала в нашей провинции».
- Лепанто, - вдруг раздался сзади звонкий мальчишеский голос. «Вы обещали рассказать».
За Теодором стояли сыновья Вильгельма Оранского.
- А тебя, значит, отправили ко мне послом? – усмехнулся дон Хуан.
- Он сам вызвался, - объяснил Мориц Оранский.
- И не побоялся? – рассмеялся штатгальтер.
-Я ничего не боюсь, - холодно ответил Теодор и Марта, вдруг, на мгновение, увидела в нем
покойного Селима - он даже голову назад откидывал точно так же.
«Он же потомок восемнадцати султанов», - Марта вспомнила, что ей рассказывал, Селим об
истории Оттоманской империи. «Нет, конечно, ему нужен отец – видно, как он тянется к
мужчинам».
- Ну, пойдемте, - дон Хуан поклонился дамам и развел руками: «Что ж поделать, когда
будущие победители жаждут услышать воспоминания старого полководца!»
- Вы совсем не старый! – вдруг сказала Тео, и сразу же, смутившись, отвернулась.
- Мадемуазель, - Хуан Австрийский опустился на одно колено,- это лучший комплимент,
который женщина может сделать мужчине. Если бы сейчас проводились рыцарские турниры,
я бы попросил позволения носить ваши цвета».
- А вы сражались на рыцарском турнире? – встрял Теодор.
-Один раз, - улыбнулся Хуан Австрийский.
-Про это тоже расскажете, - потребовал мальчик.
-Я смотрю, ваш сын, мадам, - обернулся дон Хуан, - чувствует себя легко с особами
королевской крови.
Марта со значением посмотрела на Теодора.
- Простите, ваше высочество, - нехотя сказал тот.
- Да ничего, - Хуан легко поднялся, - был бы ты юношей – я бы тебя забрал к себе, делать из
тебя хорошего солдата.
Голубые глаза мальчика заискрились золотом. «Я хочу!»
- Ну как постарше станешь, - пообещал Хуан Австрийский.
- Так, значит, побудем здесь еще денька два – и разъедемся? Принц уже отправился в Гент,
пора и нам домой, – Шарлотта обняла Марту за плечи. Обе женщины стояли на пороге
замка, кутаясь в шубки, наблюдая за тем, как Вильгельм Оранский играет с детьми в саду.
«Но пока что мы на север, а ты – на юг?».
