- Кривой Франсуа, - задумался адмирал. «Есть у нас тут один такой, веревка по нему давно
плачет. Вот что, мадам, - решительно повернулся он к Марте, - я сейчас отправлю своих
людей по округе – может, кто, что и видел из крестьян, а сам повезу вас и сына в Мон-Сен-
Мартен. Это мой замок,- объяснил он.
- Я должна найти дочь, - устало ответила Марта, ежась под легким снегом.
- Найдем, - сказал Виллем, помогая ей сесть в седло. Она оперлась о плечо мужчины,
стараясь не разрыдаться.
Де ла Марк посадил Теодора впереди себя, и сказал: «Ваши вещи из кареты привезут чуть
позже, хорошо? Вам же надо, - он кивнул на окровавленное платье, - переодеться».
- Меня зовут мадам Бенджамин, - сказала Марта, глядя на заходящее солнце.
- Рад знакомству, мадам - чуть поклонился адмирал.
Тео вздрагивала, измучившись от холода и слез. Снег перешел в метель, стемнело, а они
все ехали куда-то вдаль.
- Куда вы меня везете, месье? – робко спросила девочка.
- Заткнись, - пробормотал мужчина и выругался.
Тео прислушалась – сзади был слышен стук копыт.
«Мама!» - подумала она с надеждой.
Мама всегда была рядом – Тео даже не могла себе представить жизни без нее. У нее были
ласковые руки и самое красивое на свете лицо – Тео, рассматривая себя, иногда жалела,
что она сама такая смуглая и темноволосая – ей хотелось быть белокожей, как мама, с чуть
заметными веснушками на щеках.
А еще Тео хотелось быть такой же смелой, как мама или брат – она пугалась звука
выстрелов, и не любила держать в руках оружие. Даже красивый кинжал, с золотой фигуркой
рыси, она сразу откладывала в сторону, а Теодор вечно клянчил его у мамы – поиграть.
Всадник, везущий Тео обернулся, и, едва успев ухмыльнуться, тут же обмяк в седле. Увидев,
как растекается кровь по его лицу, Тео истошно завизжала. Лошадь, испугавшись, прянула,
но тут же чья-то сильная рука схватила уздечку.
- Месье! – облегченно сказала Тео, увидев знакомое лицо, и тут же расплакалась. «Месье,
меня похитили! Я хочу к маме!»
- Ну конечно, дорогая моя девочка, - мягко сказал дон Хуан, пересаживая Тео к себе, -
видишь, я убил этого мерзавца. Все будет хорошо, не бойся, конечно, я отвезу тебя к твоей
матушке. Тихо, - он погладил Тео по голове. «Ну не надо плакать, милая. Все закончилось».
Тео всхлипнула и плотнее прижалась к мужчине. От него пахло уютно, как иногда от Селима
– немного порохом, немного лошадьми.
- Поспи, - сказал дон Хуан. «Мы скоро приедем».
Мон-Сен-Мартен
- Так вы тот самый адмирал де ла Марк? – Марта, наклонившись, держала завернутый в
тряпку лед у перевязанной щиколотки.
Когда адмирал вправлял ей вывих, Теодор опять попросил кинжал, но Марта устало
улыбнулась: «Месье де ла Марк не причинит мне вреда, милый, не бойся».
У него были сильные и умелые руки – Марта едва успела вскрикнуть, как боль утихла.
«Простите» - извинился мужчина.
- Ничего, - Марта посмотрела на прикорнувшего в кресле сына. «Он устал, надо бы его в
постель отправить».
Адмирал налил ей вина и поднялся: «Я отнесу его, мадам. В вашей комнате немного
холодно, вы уж простите, такой замок, - он обвел рукой зал, - не протопить весь, как не
старайся. Но я велел принести жаровню и поставить рядом с кроватью, будет теплее».
- Спасибо, - Марта закуталась в меховое одеяло.
Виллем, взяв на руки Теодора – мальчик даже не проснулся, только зевнул, - вышел, а
Марта, подняв голову, посмотрела вверх. Под сводами потолка трещали факелы. В зале
только и было, что два старых, рассохшихся кресла, да прохудившийся ковер перед
камином, где горело целое бревно.
В узких бойницах свистел ветер, задувая снег на пол, сложенный из грубых каменных плит.
Когда они поднимались на холм, к замку, Теодор восхищенно спросил: «Сколько ему лет?».
- Стенам – пятьсот, а башне – чуть поменьше – улыбнулся Виллем.
- И вы все это время здесь живете? – удивился мальчик.
- Поскольку мне всего тридцать пять, - серьезно ответил адмирал, - то нет. А вот мои предки
– да.
- А можно будет потом его осмотреть? – попросил Теодор.
- Конечно, - огромные ворота стали медленно открываться. «Только, - предупредил его
Виллем, - надо делать это вместе со мной. Жилая тут только башня – он показал на
возвышающийся над ними круглый донжон, - а все остальное потихоньку разрушается».
- Надо отстроить! – Теодор дернул его за рукав.
Виллем аккуратно снял мальчика с лошади. «Такие большие замки уже не нужны, к счастью.
Мадам, - он повернулся к Марте, - простите, но мне придется нести вас на руках. Там
лестница, вы по ней никак не пройдете».
- Ну что делать, - вздохнула Марта.
- Спит, - Виллем, вернувшись, сел напротив нее и выпил. «Я еще шкуру на кровать положил,
она пыльная, конечно, но теплая. Это мой дед убил, тогда тут, в горах, еще медведи
водились», - он рассмеялся и посмотрел на Марту.
- Вы не волнуйтесь, мадам, - вдруг сказал адмирал, - завтра утром вернутся мои люди,
может быть, уже и с дочкой вашей. И да, - он улыбнулся, - я тот самый де ла Марк. А вы
откуда обо мне знаете, мадам Бенджамин?
- Штатгальтер рассказывал, - Марта посмотрела на огонь, и ей вдруг захотелось
расплакаться – от усталости и отчаяния. «Я подруга его жены».
