показал толпе мощный кулак, и тихо попросил: «А можно мне первому, меня девка ждет,
сказала – в долг не даст больше».
-Можно, можно, - ответил Петя и поморщился – невыносимо разило потом и чесноком.
Последние деньги он выдавал уже при свете факелов. «Занесите стол обратно», -
скомандовал он, - и тише, синьор Бонкомпаньи спит уже. Горячей воды тут у вас можно
раздобыть?
-Сейчас согреем, - с готовностью отозвался кто-то из солдат. «В палатку вам принести?».
-Да, - Петя собрал бумаги и пробормотал: «Ну, надеюсь, хоть вшей я тут не заполучил».
Он долго и ожесточенно мылся, и, переодевшись, сказал себе: «Ну что, а теперь поеду,
навещу истинного короля. Он у нас полуночник, долго спать не ложится».
-Я вас хочу познакомить с моим племянником, сеньор Корнель,- сказал тогда Филипп. «Он
через месяц отправляется в Марокко, в крестовый поход».
-Крестовый поход? – Петя поднял брови. «Как-то это, Ваше Величество, - он поискал нужное
слово, - неожиданно».
-Глупо, вы хотите сказать, - Филипп усмехнулся. «В Марокко сейчас война, султан Мохаммед
борется за трон со своим дядей, Абу Марваном. Того поддерживают турки».
-А вы, Ваше Величество..., - вопросительно взглянул на него Петя.
-Страшно с вами разговаривать, сеньор Корнель, - вздохнул Филипп,- вы все знаете
наперед. А я веду переговоры с турками о мирном альянсе, да. Мохаммед бежал к моему
племяннику в Португалию, и Себастьян, со свойственной ему горячностью, обещал ему
помочь. Я тоже».
-Вы тоже? – Петя позволил себе усмехнуться.
Король, внезапно, тоже рассмеялся. «Я сказал Себастьяну, что добровольцы из числа
испанских дворян будут ждать его кораблей в Кадисе. Ну не моя же будет вина, если никто
не вызовется».
-Не ваша, - согласился Петя, и, услышав звук открывающейся двери, поднялся.
Португальский король был молод. «Не больше двадцати пяти», - подумал Петя, низко
кланяясь.
-Оставьте, - Себастьян махнул рукой и вдруг покраснел. «На Федьку похож», - вспомнил
Воронцов пасынка. «Такой же рыжий и голубоглазый, только худой». Краснел король, как и
все рыжие – мгновенно и густо.
-Ваше Величество, - сказал Воронцов, - как истинный католик я не могу не восхититься
вашим желанием освободить Святую Землю от неверных».
-Я избран Иисусом для этой цели! – горячо сказал Себастьян. «После Марокко, мы
отправимся в Египет, а оттуда – в Иерусалим, где я припаду к подножию Гроба Господня, как
это делали наши доблестные предки».
Воронцов увидел, как за спиной Себастьяна иронически улыбается испанский король.
-Как писал ваш замечательный поэт, Ваше Величество, - Петя на мгновение опустил
ресницы, вспоминая:
-Que se espalhe e se cante no universo,
Se tão sublime preço cabe em verso.
-Вы знаете португальский? – удивился Себастьян.
-К стыду своему – нет, я испанский-то знаю не очень свободно, - ответил Воронцов, - но
истинная поэзия понятна без перевода.
-Камоэнс – гений, - вдруг, серьезно, вмешался Филипп. «Как Гомер или Вергилий. Мне очень
жаль, что по-испански сейчас так никто не пишет. Я тут перевел на досуге несколько строф,
послушайте».
Красивый голос короля устремлялся ввысь, под своды огромного зала:
И дайте слог мне пламенный и звучный,
Чтоб стих звенел не как свирель лесная -
Чтоб с подвигами был он неразлучен,
Как трубный глас, ко всем сердцам взывая.
Пусть, не в пример сказаниям докучным,
Прошедших дней деянья воскрешая,
Он донесет до всех концов вселенной
Сиянье славы вечной и нетленной.
- А я и не знал, что вы умеете плакать, сеньор Корнель, - посмотрев на него, сказал король.
-Только от благоговения перед такой красотой, Ваше Величество, - ответил Петя и тихо
повторил: «Сиянье славы вечной и нетленной».
Белые флаги Себастьяна повисли в томном ночном воздухе. Петя посмотрел на герб с
короной и семью замками на щите, и, расплатившись с лодочником, поднялся по
сброшенному трапу на палубу.
-В Кадисе никого не было, - зло сказал Себастьян, разливая по стаканам соломенное, с
зеленоватым отливом вино. «Пейте, это наше, - он кивнул куда-то на запад, - называется
виньо верде. Его молодым пьют, этому еще года нет».
Вино было веселым, пьянящим и оставляло на языке вкус счастья. Петя опустошил бокал и
взглянул в смертельно усталые глаза короля.
-Сколько у вас тут народу? – внезапно спросил он.
-Все, кто согласен воевать без денег, - ядовито ответил Себастьян. «Португальское
дворянство, - он вздохнул. «У меня в стране не так много людей, как у моего дяди. Или
золота, - добавил он.
-А Индии? – Петя налил себе еще. «Они же должны приносить неплохой доход».
-Да, вы же сами с моих островов специи возите, - Себастьян поднялся и походил по каюте.
Петя сразу же встал.
-Да сидите вы, - поморщился король, - к чему все это? Понимаете, Педро, доходы –
большие, но и расходы – тоже. Туда точно никто без денег не поедет – дураков нет гробить
здоровье и рисковать жизнью за бесплатно.
-И потом, - он помолчал,- в отличие от Филиппа, у меня не так уж много заморских земель. У
него вон – весь Новый Свет под рукой».
-Наймите еще людей, - спокойно сказал Петя. «Вон, на берегу, в Чивитавеккья, целый лагерь
солдат – ждут отплытия в Ирландию».
