О том, что Генрих Гуро был сержантом французской армии, я вычитала в одном из краеведческих альманахов. Меня поразила судьба этого француза: остаться среди чужаков, выучить русский язык, стать признанным педагогом. По запросу «имение Починок Соседненской волости Лужского уезда» я получила несколько ссылок, текст которых, очевидно, был копипастом. Среди источников – Энциклопедия русского авангарда и краеведческий паблик.

Я писала в методический отдел центральной библиотеки Струг Красных. Вдруг, подумала я, они помогут мне понять, почему имение Гуро называлось Починок. Но мое письмо вернулось, звонить я не стала.

5. Из статьи А.И. Федорова «Семья Гуро» псковского литературно-краеведческого альманаха «Наш край» 2012 года я выписала:

В раннем периоде творчества Елены Гуро есть несколько рассказов, в которых она обращается к воспоминаниям о своем детстве, проведенном в имении Починок. Рассказы удивительным образом передают то настроение, которое переполняло автора в детские годы. Она вспоминает обстановку в усадьбе, игры, природу… Все, что окружало маленькую девочку, которая не утеряла способности по-детски удивляться обыденным вещам и окружающему миру до самой своей смерти.

Гуро начала публиковать свою прозу в 1905 году. Ей было тридцать пять, когда она умерла от рака крови в Уусикиркко. Как в таких случаях отсчитывать ранний и поздний период творчества?

6. Мать учила ее рисовать, добрый отец строил смешные глаза и читал стишок:

Mon âne, mon âneA bien mal à ses yeux.Madame lui a fait faireUne paire de lunettes bleues.Une paire de boucles d’oreilles,Un bonnet pour sa fête,Et des souliers lilas, la, la,Et des souliers lilas.

И тут же делал вольный перевод:

У осла, у ослаУхо разболелось.Мадам напялила емуМилые сережкиГвоздики-сережки,Туфельки на ножки,Чепец в честь торжества,Сиреневые туфельки о-ла-ла.

7. Мать учила Элеонору рисовать. Анна Михайловна была женщиной одаренной, могла бы стать художником, но передала весь свой талант детям.

8. Портрет Генриха: над крестом Святого Георгия пышные седые усы, широкий нос. Нос Элеоноры – как у отца.

На снимке имения Починок – у высокой травы пятно белого платка – Анна Михайловна, дочь Чистякова, издателя и прогрессивного педагога, приятеля Герцена и Белинского.

Екатерина Низен скажет: Чистяков, неграмотный крестьянин, пешком пришел в Петербург искать себе университет, там нечаянно попал к Некрасову, который взялся его учить. Чистяков учился так: рубил дрова и готовил чай.

Карандашный рисунок, голова Анны Михайловны, нос с горбинкой (как у Чистякова). Я смотрю на этот нос и думаю: у Матюшина был такой же длинный и тонкий нос. Скулы, брови и суровый лоб Анны Михайловны достались Элеоноре.

9. Гуро ростками записала:

О какая жестокая нелепость, – я заметила на мосту, что у клячи ломовой – бархатный храпик /бархатные, милые ноздри/.

10. Она хвоинками записала:

О, как страшно думать, что где-нибудь, в очумелой дыре, милая красота так и догорит, так и погаснет, – и никто, никто ее ни разу не заметит. Ни разу не полюбит. А создана по-своему, особенно прелестной. И не повторится!

11. Девяностолетняя Екатерина Низен скажет: там был камень, который я называла Рыбка, там еще что-то такое. И добавит – больше всего старшая сестра Александра боялась, что Екатерина и Елена отнимут у нее клочок земли, который купил отец на собственные деньги. И Генрих, и его жена, Анна, похоронены там. Их могил не найти – время ладонью стерло Починок.

Теперь там река, там поле, там лес.

Шиповник цветет на месте деревянной усадьбы.

Александра запретила сестрам бывать в Починке.

12. Это читать необязательно:

Перейти на страницу:

Все книги серии Художественная словесность

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже