На секунду ему померещился звук шагов. Вскинув голову, человек быстро окинул взглядом местность. Он стоял среди десятка гаражей, прислоненных друг к другу. Ни души. Неровная, мокрая от дождя поверхность под ногами с мелкими камушками выдала бы незваного гостя. Однако единственное, что нарушало тишину в этом месте, – это клекот воронов на ветках большого раскидистого дерева за гаражными рядами.
Он дернул навесной замок, проверив надежность закрытия двери, и коротко кивнул. И хотя был уверен, что никого нет поблизости, все же решил убедиться. Потому что он не доверял предчувствиям и догадкам. Если птица черного цвета, издает звуки и ведет себя, как ворон, скорее всего, это ворон. Дерьмо в шоколаде под сахарной пудрой всегда остается дерьмом. Черное всегда черное, как бы сильно белое к нему ни располагалось. Именно такой логикой человек руководствовался по жизни. Недостойных людей научился распознавать с детства. И знал, что с ними делать.
Он положил ключ в карман куртки и ударил по нему ладонью. Теперь дело за малым. Человек развернулся и пошел в сторону других гаражей. Он считал каждую дверь, отмечая, какие выглядят заброшенными, а какие имеют более приличный вид. Ряд металлических контейнеров закончился, резко оборвавшись. Человек держался одной стороны, замечая, что два ряда по правую руку соединяли два гаража с кирпичными стенами. Он прошел мимо них, сделал круг и вернулся к тому месту, где был несколько минут назад.
Идеальная картина в его голове была построена. Человек уже видел крюки, медленно стекающую на пол кровь, опущенную в темноте голову и обнаженное тело. Совсем скоро добыча будет в руках хищника.
Он достал из кармана пачку сигарет, вынул одну, прикурил и затянулся. Выдохнул через рот и не стал сдерживать смех. Искренняя улыбка украсила лицо, и в этот момент со стороны он мог показаться обычным человеком. Но это было бы самым большим заблуждением. И, пожалуй, последним в жизни того, кто посмел бы потревожить его в данный момент.
Человек потушил сигарету и вновь надел маску, которую носил сколько себя помнил. Хотя многое в этой маске было правдой, истина пряталась глубоко за радужкой его ясных глаз.
Черный силуэт постепенно удалялся, и вместе с этим воздух становился легче и чище. Остались только вороны, которые сидели на ветвях дерева и не спускали внимательных глаз с медленно уходящей вдаль фигуры.
Александр Белый опустил голову и взглянул на записи в блокноте. Человек перед ним был не так прост и признавать свою вину не желал. В допросной стояла тишина. Такая звенящая, что на несколько секунд заложило уши. Заклеенная пластырем ссадина на скуле ныла.
– Вину не признаете? Признаете частично? Или полностью признаете? – спросил Белый.
– Какую вину? Я в душе не чаю, про каких девушек речь, – пробасил Григорий.
– У вас нет алиби ни на одну из смертей, – сказал Александр Белый. – Вы сами признались…
– Слушай, щенок, – выплюнул лесник, поднимая нахмуренный взгляд. – Ты на меня не вешай свои дела. Я уже сказал, что ничего не знаю…
– Статья триста восемнадцатая Уголовного кодекса РФ, – прервал его Белый. – Применение насилия в отношении представителя власти. Это как минимум. Мы еще проверим, что за вещество вы передавали тому подозрительному человеку в лесу. И вот уже вы сделали достаточно, чтобы оказаться за решеткой.
«Господи! – с ужасом подумал Белый. – Неужели я становлюсь таким же, как Рудской и Невзоров?» Ход его мыслей прервал Григорий, тон голоса которого стал мягче.
– Слушай, парень, успокойся. Я тоже погорячился. Но зачем мне приходить к вам и сообщать о трупе в лесу, если, по твоим словам, я его и убил?
– Чтобы отвести подозрения, – предположил Александр Белый. – Тем более что эта смерть отличается от предыдущих.
Лесник обреченно покачал головой, разжал кулаки, и наручники на его руках звякнули. В дверь постучали. В проеме показалась голова Антона Соличева.
– Белый, на минуту.
Он вышел из допросной и посмотрел на коллегу из техотдела. Антон протянул ему лист бумаги. Белый взял его и пробежался взглядом по строчкам, написанным медицинским почерком.
– Заключение лаборатории, – сказал Антон. – Мужик реально оказался мутным.
– Что здесь? Не могу разобрать.
– Эритроксилум и каннабис. У этого мужика в доме кокаиновый куст и засушенная конопля. Много. А под матрасом налички почти на лям.
– Это все? Может быть, были еще вещества? Грибы, например?
– Ничего. Хотя этого с головой хватит, чтобы посадить его за хранение и распространение в особо крупных.
Белый сжимал между пальцами лист бумаги и судорожно думал. «Я ошибся? Но я был уверен, что это он. Как такое возможно?» Антон положил руку ему на плечо и ободряюще улыбнулся.
– Ты молодец, Белый, – сказал он. – Весь отдел на ушах стоит. Как ты в одиночку такого великана скрутил? А хотя да… У тебя же спина и плечи широкие, – заметил Антон и засмеялся. – Ты в зал ходишь? Или в армии не отлынивал? Понятно, откуда такая спортивная подготовка…
