– Твою мать! – выругались они почти хором, когда оставленный на столике комм-браслет Лиама замигал белым светом, сообщая о вызове в лазарет.
– Скорей бы уже второго медика прислали, – высказал недовольство Лиам, приводя в порядок одежду.
– Блэкмор говорит, что в следующем квартале, – разочарованно ответила Вивиан и упала спиной на кровать. – Как освободишься, приходи.
– Да поди опять диарея, – фыркнул Лиам. – Уоллс какое-то пойло купил, вот теперь все механики и летают.
– Придурки!
– Поэтому они и механики, а не пилоты, – бросил он перед выходом из каюты.
Идти до медблока было не более пяти минут, в течение которых Лиам усиленно пытался придумать, какой подарок заказать дочери на четырехлетие. Агнес жила вместе с Ингой на Старой Земле, потому выбирать и заказывать приходилось заранее – слишком долго шла посылка, а пользоваться магазинами доставки он не хотел: хотя бы открытку подписать надо лично, своей рукой. И так слишком мало участвует в жизни девочки, практически числясь как биологический отец. Лиам никогда не ревновал к Роману, который, женившись на Инге, теперь стал для Агнес полноценным отцом – кто бы знал, что телепаты настолько сблизятся после того, как дарнийский корабль подберет спасательный челнок с Ингой на борту во время финальной схватки с Призраками.
Многие офицеры Консорциума погибли, когда флагман на полном ходу врезался в астероид, где находилась база, остальные попали под суд. Не по правилам Консорциума, а по земным законам.
Агнес родилась в тюремном лазарете; прошло некоторое время, прежде чем ее мать, Ингу Аксель, переквалифицировали из обвиняемой в свидетельницу – в первую очередь благодаря показаниям Лиама. Ведь без помощи телепатки он не смог бы сбежать из купола и интегрироваться с крейсером, тем самым разрушив нейронную сеть, управлявшую многочисленными кораблями противника.
Суд был жесток, но справедлив: тех, кто подчинялся потому, что не в силах противостоять Консорциуму, в большей массе оправдали, а вот верхушку организации – Бенджамина Уэсли в том числе – почти всем составом казнили. И надо сказать, такой вердикт поддержали не только обычные люди, но и телепаты.
В воздухе повис вопрос: какой должна стать жизнь после произошедшего? Земля заключила с Дарном мирный договор, оказывая посильную помощь в восстановлении – древняя цивилизация пострадала больше всего. А вот что делать людям? Как сосуществовать вместе с теми, кого так отчаянно боялись, от кого столетиями отгораживались, кого избегали, – телепатами? Ведь среди них были как те, кто убивал, насиловал, ломал человеческие жизни, так и те, кто рисковал собой ради общего дела – ради людей и других менталистов, которые хотели быть свободными и жить в обществе, не скрываясь.
Возможно, данную проблему власти смогли бы как-то замять, если бы не пример Лиама Олдриджа, остановившего своими действиями целую армию Призраков. А еще Лиам во всеуслышание рассказал о том, что к победе приложил руку другой телепат – его тетя Элис, попавшая в Консорциум в возрасте пятнадцати лет, но до самого конца так и не подчинившаяся, несмотря на то что ее превратили в часть боевой нейросети.
Тогда было принято решение о создании Соглашения – так телепаты стали равноправными участниками человеческого общества, ущемление их прав запрещалось законодательно. Для менталистов разработали новый Кодекс – согласно ему, они не должны были вмешиваться в личную жизнь людей без согласия. Но этот свод правил не шел ни в какое сравнение с правилами Консорциума, существовавшими ранее.
Да, первое время и людям, и телепатам тяжело было принять, что они живут бок о бок, без всяких барьеров. Может, отчасти поэтому Лиам принял решение остаться на «Аполлоне» – там его знали и даже уважали, считая героем войны с Призраками. А может, фармацевтика не так привлекала его в связи с последними событиями. Хотя, скорее всего, он выбрал работу военного медика потому, что хотел быть рядом с Вивиан – девушкой, которую любил. С которой хотел создать семью.
– Зачем вы это пили? – спросил Лиам бледного Криса, уже третьего механика, обратившегося в лазарет за последние сутки.
– Док… Джастин сказал, что иттайская водка отлично вставляет, – виновато потупился тот.
– Нашли кому верить… – пробубнил Лиам себе под нос, выдавая противодиарейный препарат.
Уже через четверть часа Лиам спешил обратно – когда Вивиан повысили до капитана, сделав старшим помощником Блэкмора, они зарегистрировали отношения и стали жить вместе: каюта второго на крейсере человека была гораздо просторнее стандартной офицерской, а также имела довольно широкую кровать.
«Лиам, я придумала, подаришь Агнес автомобиль».
«Автомобиль?» – нахмурил брови он.
«Люди раньше ездили… на Амаге в лавке попадалось. Сейчас… Можно синтезатор наш напрячь».
