— Ты… мерзавец… негодяй… — рассерженной коброй шипел незнакомый рыцарь, — Ты это сделал нарочно!
А это уже серьёзно. Подобные обвинения в этом мире так просто не проходят. Но, вот беда: он рыцарь, а я нет. То есть, по местным меркам, он имеет право меня оскорблять, увы!
— Это произошло случайно! — возразил я, — К тому же, несколько капель грязной воды… какая ерунда! Через полчаса вода высохнет и обычная щётка приведёт в порядок вашу одежду. И следов не останется!
— Нет, гадёныш! — оскалился в злобной усмешке незнакомец, — Это тебе так просто не пройдёт! Ты у меня эту грязь с сапог языком слизывать будешь!
— Нет, — коротко ответил я, — Этого не будет никогда и ни за что.
— Тогда я тебя на лоскуты искромсаю! — и рыцарь потянул из ножен сверкнувшую сталь.
— Ты меня вызываешь⁈ — искренне изумился я, — Из-за такой ерунды⁈
— Я тебя просто изрублю в куски! — взорвался гневом незнакомец, — Ты не достоин, чтобы я тебя вызвал на благородный поединок! Ты червяк! Ты грязь под ногтями!
— Червяк будет защищаться! — честно предупредил я.
— Что у вас происходит, господа⁈
Мы одновременно оглянулись. Позади нас, поёживаясь и кутаясь в тёплое шаубе стояли Александра и Катерина, по всей видимости, решившие прогуляться, и вопросительно глядели на нашу пару. Катерина хмурилась.
— Ничего серьёзного, — заверил я, — Просто я тренируюсь. А этот господин… не знаю его титула и имени… наблюдает за этим. И даёт советы.
— Для тебя это «ничего серьёзного»⁈ — взревел незнакомец, — Ты оскорбил рыцаря и для тебя это несерьёзно⁈ Получи, мерзавец!
Не поверите, но этот дурак и в самом деле замахнулся на меня мечом! И даже, попытался ударить! Я вовремя увернулся, одновременно поднимая всё ту же пародию на боевой молот, которую держал в руках. И так получилось — внешне, совершенно случайно! — что когда я проскальзывал почти подмышкой у нападающего, эта увесистая железяка саданула его прямо в брюхо. Почти незаметно для стороннего наблюдателя.
— Ик! — сказал незнакомец, сгибаясь пополам.
— Господин Максимилиан! Что с вами? — всполошилась Александра.
— Может, он раскаивается за свои грубые слова?.. — предположил я, — Сударь! Давайте я помогу! И меч тоже отдайте, он вам мешает! Вот так…
Я отобрал меч, сильно надавив пальцами на его запястье с тыльной стороны.
— Ну, вот… Поприседайте, сударь, поприседайте! А то вы уже покраснели, вдохнуть пытаясь, а всё никак не получается. Ну, давайте я и присесть помогу!
И я надавил на плечи. Неведомый Максимилиан попытался сопротивляться, но сил у него почти не осталось. Он обмяк на подогнувшихся коленях.
— Уф-ф-ф… — выдыхнулось ему наконец-то, когда тело скрючилось.
— Отлично! — обрадовался я, — Выдох есть! Теперь давайте вдох! Поднимайтесь, сударь!
Я буквально вздёрнул его за шиворот. С одной стороны — какие ко мне претензии? Я просто помогаю человеку! Оказываю первую помощь. Вон он, с моей помощью, наконец-то задышал! Но с другой стороны… оруженосец, дёргающий рыцаря за шиворот… при благородных дамах… Я был уверен, что это Максимилиану не понравится. А что он тут мечом размахался?
Я покосился на отобранный меч. Ну-у… видал я и получше. Не из последних, надо прямо сказать, но и не шедевр кузнечного ремесла. У меня в ножнах, примерно, раз в пять дороже. Если не в десять. А ведь я себе специально самый лучший не покупал! Потому что не по чину! Поэтому… делаем вывод: не граф! Далеко не граф. Но, рыцарь? Значит, барон. Скорее всего, вассальный по отношению к графам де Мино. Ну, и чего он тут передо мной павлина корчил?..
— Я… тебя… — слабым голосом просипел Максимилиан.
— Не стоит благодарности! — бодро ответил я, — Любой на моём месте поспешил бы на помощь! Присядьте сюда, сударь! Отдохните. Только долго не засиживайтесь, вы сидите на камнях, а погода прохладная. Вот, обопритесь на меч… отлично! Да с вас, сударь, можно картину писать: «Рыцарь на привале»! А мне, пожалуй, пора. Оставляю вас в надежде на ваше доброе здравие. Ах, да! Заранее извиняюсь, что вам пришлось присесть… как бы это… на несколько грязные камни. Но, уверяю, это исключительно для вашего блага, сударь! До новых встреч!
И я пошёл себе, совершенно уверенный, что на ближайшие полчаса я избавлен от этого дурака. А кто он, как не дурак, если позволяет своему противнику нырнуть себе подмышку? Я бы не позволил. Я бы был начеку. Очень надеюсь, что такая простая мысль и его посетит, когда он немного придёт в себя. И тогда он трижды подумает, нужно ли ему затевать со мной ссору?
Кстати, про картину я заметил не для того, чтобы позлить или принизить беднягу. Это я так ненавязчиво напомнил про художника Александре. А то, мало ли?..
И действительно, через полчаса ко мне пришёл не Максимилиан, а Александра. Выгнала суетящихся Матье и Одиль, и присела за стол. Нахмурилась.
— Андрэ, друг мой… Признаться, я долго раздумывала над вашей… э-э-э… миссией, и у меня не сходится! Давайте разберёмся?
— Давайте… — вздохнул я, — Но, сами понимаете…
