Норт с тихим рыком перевернул тумбу. Жаль, но дерево оказалось крепким и не треснуло. Огнева начинало трясти от мысли, что Драгоций займет кабинет отца. Будет сидеть на его кресле, сложив руки на черном мраморе стола. Будет лениво кивать посетителям, впуская или выпроваживая их… будет главой ЗолМеха вместо него, Норта. Кресло из плотной черной кожи затрещало, как холщовая тряпка. Вокруг посыпалась белая начинка, и пружины жалобно взвизгнули. Теперь на него уже никто не сядет.
Все началось еще давно, когда Драгоций появился на одном из вечеров с Ней. Их пара тогда произвела фурор: он, темноволосый, статный, с цепким взглядом, и она, белокурая, воздушная… невероятная. Норт тогда впервые не дождался окончания мероприятия и свалил оттуда в бар напротив.
— Огнев? Тот самый Огнев? — Маришка Резникова окинула его требовательным взглядом из-под полуопущенных ресниц.
Глаза у нее были голубые и огромные, слишком огромные для такого маленького личика.
— Я стану главой ЗолМеха… через пару лет, — Нортон как мог расправил плечи, хотя рубашка сильно стискивала грудь. — Самой лучшей компании Астрограда.
— М-м-м, — она так закусила губу, что Норту стало не по себе.- Впечатляюще. Развлечешь меня еще немного, пока мой спутник отсутствует?
Огнев почувствовал себя последним кретином. Ему захотелось припасть к тонким рукам, сжимать их и чувствовать, как эта золотистая девушка внимает только ему одному. Следующие минут пять он помнил лишь одним сплошным мазком, пропахшим жасмином.
Маришка улыбалась ему, обещая все блага мира разом.
— … и когда-нибудь я возьму все это себе. Тогда имя Нортона Огнева станет самым известным в этом городе, — парень прикусил язык, запоздало припоминая, что отец его полный теска. Ну и пусть, он затмит и его…
— Да, а то пока с этим у вас проблемы, — сзади раздался неприятный голос. Он словно нож врезался в мир Огнева, без жалости кромсая его.
Фэшиар Драгоций стоял у Норта за спиной. Весь его вид говорил об одном, тебе тут ничего не светит. До дрожи в пальцах захотелось съездить по надменной роже.
— Фэш, — Маришка мигом метнулась к нему, будто они не виделись пару лет, — ты долго. Я успела заскучать.
Норт покраснел, наблюдая, как Резникова обвивает Драгоция руками, прирастая к нему и одновременно становясь недосягаемо-далекой для Огнева.
— Малыш-Огнев плохо развлекал тебя? — Фэш прижал ее к себе. Огнев мог поклясться, что так сжимают половую тряпку, перед тем, как отжать в ведро. — Думаю, у меня получится лучше.
А потом Драгоций поцеловал Маришку, как целуют людей, от которых уже давно нет нужды ничего скрывать. Жестко, требовательно и глубоко.
Но его холодные глаза смотрели только на Огнева. И, черт бы их побрал, они тоже были голубыми…
Норт очнулся, когда громить было уже нечего. Весь кабинет выглядел так, словно где-то прошло торнадо — из мебели остался только мраморный стол, весь пол был услан хламом и осколками, а в воздухе разлился запах спирта. Огнев опустился вниз, прямо в груду этого беспорядка. У него в руки появились темная бутыль виски, припасенная еще Мираклом, Эфларус знает когда.
Что же, теперь можно и поговорить — надираться в тишине слишком тоскливо.
— Ну что, папа, разочарован во мне? — Норт сплюнул себе под ноги, — считаешь, что я угробил все то, над чем ты горбатился?
Наверное, увидь его отец таким — дал бы пощечину и вытолкал взашей, а потом еще долго испепелял бы своим взглядом «угадай, кто в нашей семье полное ничтожество»?
— Жалеешь, что не поставил все на Василису? На эту несчастную и всеми преданную овечку?
О, сколько хороших слов Норт мог бы сказать сестричке… Как же он разошелся, стоило увидеть ее рядом с этим мерзавцем. Увидеть, как Драгоций смотрит на нее, словно все эти слои ткани совсем не помеха. А там, рядом с лифтом, когда эта бестолочь затолкала его в квартиру, а сама бросилась следом за Фэшем. Боги, Норт был уверен, что Драгоций не упустил своего… и от этого хотелось вернуться в тот миг и самому вбежать в закрывающийся лифт.
Руки сами нашли какой-то осколок и бросили его в чудом уцелевший горшок. По пальцам потекли горячие струйки, делая их липкими и влажными. Норт бездумно провел рукой по волосам, окрашивая их в розовый.
Сначала Маришка, а теперь его сестра. Как будто Драгоций решил по кускам вырвать у него все.
— О, черт… что тут… Норт? — кто-то вошел в кабинет.
Захрустели осколки стекла. Не успел Огнев разобраться, как в глаза ударил свет, яркий до черных кругов. Из темноты возник силуэт Василисы, склонившейся над ним. Ее брови сошлись на переносице, как у Лиссы, впервые застукавшей курящего пасынка.
— Ну привет, дорогая сестрица. Составишь компанию? — Норт призывно качнул бутылкой, девушка поморщилась, после чего он сделал пару крупных глотков. — Жаль, это коллекционное.
— Ты напился. И у тебя кровь.
А ты спуталась с Драгоцием и у тебя поганая привычка во всем копировать мать, милая.
— Норт, давай сюда руку.
