— Иди уже в ванную, пока я не решил прибавить ему пару строк от себя, — Фэш подтолкнул ее с кровати. — И кинь мне одежду. А то мне лень тя…
Драгоций еле увернулся от своих же брюк. Василиса послала ему поцелуй и юркнула за закрытую дверь. Фэш подумал, что его утро, действительно, началось куда лучше, чем у этого придурка.
Когда они вышли из комнаты, то все, разумеется, уже позавтракали, умылись и выглядели так, словно вот-вот должна была нагрянуть какая-нибудь венценосная особа. Фэш мрачно посмотрел на зализанного Огнева и, как смог, в туалете пригладил свои вихры. Но те лишь сильнее растрепались, став похожими на морских барашков. Теперь еще и на мокрых барашков.
— Может дашь ему позавтракать, пап, — из зала послышался недовольный голос ЧарДольской, — и где мама? Она что, уже не выдержала и сбежала…
Фэш усмехнулся. Все-таки Василиса сама не понимает своего счастья. Даже такому кретину, как ему, понятно — этот хлыщ печется о ней, хоть и на свой дурацкий манер. Вчера Драгоцию показалось, что он попал в какой-то полузабытый сон, уже виденный им когда-то… Как они с Захаррой также ждали родителей допоздна, а те все время ругались на них…
— Значит, ты тот самый Драгоций, вскруживший голову моей дочери, — его отвлек тягучий голос.
Лисса хитро прищурилась, подходя к нему. Интересно, а Василиса в сорок будет выглядеть также, отстраненно подумал Фэш, разглядывая ее точеную фигуру.
— Она вам все рассказала?
— Нет, мы говорили о тебе лишь раз. Да и то она тогда беспрестанно повторяла, какой же ты неприятный тип, — Фэш не смог удержать усмешку. — Так я и поняла, что ты ей нравишься. Сильно нравишься. А потом ты сам пришел ко мне, и стало ясно, что у вас эта напасть взаимная.
— Я бы не приехал, если бы не некоторые обстоятельства, — Драгоций вымученно пожал плечами, — мне не нравится то, что вы делайте и то, о чем пишете. И я бы никогда не позволил трепать имя моей семьи, если бы был другой выход.
Лисса понимающе улыбнулась. На ее лице застыла та бесстрастная вежливая гримаса, которая как полог скрывает истинные эмоции. Фэш уже не так хотел, чтобы Василиса с возрастом походила на мать.
— Мы все порой делаем то, на что при других обстоятельствах никогда бы не решились… Я бы тоже не пошла против твоего дяди, не угрожай он моей семье.
— И вы не боитесь?
Лисса отвела взгляд и целых полминуты разглядывала свои пальцы, потом тряхнула волосами. Как же она похожа на нее, в который уже раз отметил Фэш.
— Боюсь, Драгоций. А сам-то? Астрагор не прощает предателей.
Фэш оперся о дверной косяк. Его взгляд зацепился за фигуру Василисы, почти скрытую парой колон. Девушка о чем-то разговаривала с отцом, то и дело размахивая руками и вертя головой так, что ее рыжие волосы взметались огнем. Драгоций медленно покачал головой.
— Есть вещи, которых я боюсь намного сильнее…
А дядя не тронет их. Не тронет, если они все сделают правильно и избавятся от ключа. В таком случае, они просто станут ему не интересны, не нужны.
— Селена и Диаман хорошо воспитали тебя, — Лисса тоже посмотрела на дочь, — мне жаль, что все так сложилось.
И кто ее разберет, о чем именно жаль этой женщине. Фэш точно не собирался ни в чем разбираться — для себя он все решил. Решил, когда рассказал Лиссе ЧарДольской полную историю своей семьи от начала и до конца. А та обтесала ее, как каменщик обтесывает кусок горной породы в надежде высечь скульптуру. Только у них получилась не скульптура, а страшная трехглавая химера, собирающаяся перегрызть их всех.
Только ни Фэш Драгоций, ни Лисса ЧарДольская еще не догадывались об этом.
— Пойдем отсюда, — к ним почти подбежала Василиса с беснующимся взглядом, — тут больше нет смысла находиться…
Фэшу ее слова не понравились. Они договаривались вместе поговорить с Нортоном Огневым, показать ему ключ и узнать его мнение о том, как поступать дальше. А в идеале и вовсе оставить его тут, выпутавшись из всей этой истории. Но Василисе опять все сделала по-своему и теперь нещадно тянула его в сторону двери.
— Постой… мы же ничего не узнали.
Огнева подняла на него потемневшие глаза. Фэш заметил, что они чуть опухли и покрылись красными прожилками.
— Я все узнала, — а потом девушка резко обернулась к матери, — какая же ты… отец сказал, зачем он подарил мне ключ. Хороший у вас получился обмен.
ЧарДольская сделала шаг навстречу дочери. Ее лицо странно побелело и выглядело кукольной маской.
— Василис… сейчас не время ворошить прошлое, — женщина несмело коснулась плеча дочери, — я наделала много ошибок, признаю, но…
Девушка стряхнула ее руку, как что-то склизкое.
— Не беспокойся, я не сержусь. И даже не обижена на тебя. Просто мы поступим так, как сами сочтем правильным. А вы с папой можете и дальше обманывать друг друга. У вас в этом прекрасный опыт.
Фэш сам того не понимая, навсегда запомнил Лиссу ЧарДольской именно такой: растрепанной, с растерянным взглядом, но гордой осанкой и какой-то нежной тоской во взгляде. И будет долго вспоминать этот день и жалеть, что не решился просто толкнуть дочь в объятия матери.
Но тогда они просто ушли.
========== Глава 44. Елена ==========
