– Твоя мама говорила о тебе перед смертью, – произнесла Клара. – Она что-то сказала Роуз, и, думаю, тебе будет это интересно услышать. Впусти меня, Ханна. Я одна. Я только хочу увидеть Люка.
Неожиданно это случилось: послышался щелчок замка. Клара на короткое мгновение прикрыла глаза, а когда открыла увидела перед собой Ханну. Секунду они смотрели друг на друга, а потом Том с силой отодвинул Клару так, что она отлетела, и грубо втолкнул обратно в квартиру Ханну, яростно вскрикнувшую от неожиданности.
– Чертовы суки, – прошипела со злостью Ханна, прежде чем Том схватил ее за горло и ударил головой о стену.
– Где мой брат? – прокричал он. – Где Люк? – Он затащил ее дальше в квартиру, другие зашли за ним следом.
Клара нащупала рукой выключатель, и все пятеро вздрогнули от внезапного холодного яркого света и, беспомощно щурясь, огляделись вокруг. Это была маленькая унылая квартира под стать подъезду, только здесь еще стоял отвратительный запах: едкий сигаретный дым пропитал за несколько десятилетий стены и воздух. Из узкой прихожей можно было попасть в гостиную, крохотную кухню и еще в три комнаты, двери в которые были закрыты.
– Люк? – крикнул Том. – Люк, где ты?
Глухой стук раздался из дальней комнаты, и Клара бросилась к ней.
– Он там, – воскликнула Клара, но когда она попробовала повернуть ручку, оказалось, что дверь заперта. Стук не стихал. Клара повернулась к Ханне. – Открой! Где ключ?
Ханна не пошевелилась, тогда Оливер подошел к двери и навалился на ручку всем своим весом, но она не поддалась. Он посмотрел на Ханну.
– Дай нам ключ, – сказал он.
Ее лицо растянулось в ухмылке.
– Да пошел ты.
– Прекрати, Ханна, – закричал Оливер. – Довольно! Это конец. Открой дверь.
– Нет, это не конец, – ответила она. – Этому никогда не будет конца.
Испустив крик отчаяния, Клара бросилась к другой двери – та была не заперта: девушка включила свет и оказалась в комнате с матрасом на полу, рядом стоял деревянный шкаф, наверху которого она нащупала ключ. Схватив его, Клара вернулась к запертой двери. Трясущимися руками она вставила ключ в замочную скважину, повернула и рывком открыла дверь. Комната была погружена в темноту, Клара щелкнула выключателем и вскрикнула от ужаса. На кровати с кляпом во рту, весь обмотанный толстой изолентой, лежал Люк, его глаза чуть было не вылезли из орбит, когда он испустил отчаянный приглушенный стон.
Клара застыла как вкопанная, и Роуз пробежала мимо нее. Обхватив сына руками, она заголосила: «Ох, мой дорогой, мой дорогой мальчик», следом зашел Оливер, он опустился на колени рядом с Люком и стал разрезать изоленту одним из ножей Мака, а потом тоже обнял сына. Когда Люка освободили от кляпа, он закашлял, сплюнул несколько раз и облегченно выдохнул. Он жутко выглядел: тощий, покрытый синяками, футболка перепачкана кровью, глаза впали, побледневший и осунувшийся, руки изрезаны ножом, раны сочатся. Когда Люк посмотрел мимо своих родителей в сторону Клары и произнес ее имя с облегчением и тоской, она очнулась от оцепенения и подошла к нему, крепко прижала к себе его исхудавшее тело и всё напряжение, все волнения и страхи последних недель ушли, и слезы хлынули большим потоком.
Потом, почувствовав, как он напрягся, Клара проследила за его взглядом и увидела, что он смотрит на стоящую около двери Ханну: Том крепко держал ей руки за спиной, но глаза Ханны блестели и ее почти лихорадило от восторга. Люк неуверенно встал на ноги, злость вызвала в нем прилив энергии, он прошел через всю комнату и встал рядом с Ханной.
– Ты, чертова сука, психопатка, – закричал он с раскрасневшимся от гнева лицом, – ты – долбаная злобная тварь!
Ханна рассмеялась.
– Спокойнее, спокойнее, Люк.
– Я убью тебя. Убью ко всем чертям!
– Ох, боже ты мой, прекрати распускать нюни, – сказала Ханна. – Я тебя кормила, не так ли? Ну, иногда… – Она вздернула брови. – Даже провожала тебя до горшка, когда было совсем невтерпеж.
Клара увидела, как Люк вспыхнул от унижения. И потом она сделала то, что раньше никогда не делала. Она подошла к Ханне и наотмашь ударила ее по лицу так сильно, что звук от пощечины эхом прокатился по комнате, а ее ладонь заныла от боли.
У Ханны перехватило дыхание, в ее глазах на мгновение загорелся злобный огонек, но она быстро пришла в себя, и ее лицо приняло насмешливое выражение.
– Наконец-то хоть у кого-то есть яйца.
Клара посмотрела на нее с отвращением.
– Что теперь? – спросила она. – Отправишься за свои дела в тюрьму. И какой в этом смысл?
– Какой смысл? – переспросила Ханна. – Это. – Она жестом показала в сторону стоявших перед ней Роуз и Оливера – отчаявшихся, сломленных. – Смысл в этом.
– Ты обещала оставить нас в покое, – сказал Оливер. – Мы заплатили тебе не одну тысячу, чтобы ты держалась подальше от Тома, подальше от всех нас. Ты сказала, что на этом все закончится.
– Ну да. Пока я вновь не встретила Люка.
– Где? – спросил Том.
Ханна вызывающе повела плечами.
