Взглянула в черные глаза и ощутила, как защипало ее собственные. С ужасом она поняла, что по ее щекам покатились слезы. Она начала задыхаться. Горло сковало паникой. Схватившись за стену, Янина почувствовала, как на нее, словно лавина, обрушилась паническая атака. Пелена перед глазами делала только хуже, заставляя помешенную на контроле женщину, чувствовать себя слепой и беспомощной.
Она слышала голос Давида откуда-то сбоку, словно через толщу ваты. Ощутила его руки на своих плечах и поняла, что они единственная опора, которая не дает ей оказаться на полу в разрушенном состоянии.
— Дыши, — услышала она. Давид почти кричал. — Янина, дыши! Янина!
Янина честно пыталась схватить ртом воздух, но в горле стоял ком, не пропуская его в легкие. В следующее мгновение, она потеряла землю под ногами. Давид взял ее на руки и, распахивая двери ногами, внес в залитое светом помещение. Янина ощутила ветер на своем лице и поняла, что Давид принес ее в лоджию. Послышался грохот открываемых ставен. Сделав над собой усилие, Янина смогла вдохнуть. После этого ее голову прострелила ужасающая боль. В этот момент Янина хотела только одного — отключиться, но заветное забвение не приходило. Янину выкручивало изнутри, словно собственный мозг и сознание предали ее. Оставили на растерзание безжалостному монстру, разрывающему ее на части. Оставил ее и Давид.
Пытка, казавшаяся бесконечной, прекратилась резко и болезненно. Янину окатило ледяной водой. Вода попала в рот, в глаза и уши. Насквозь промочила блузку под кожаной курткой и пояс джинсов. Но вопреки телесному дискомфорту, Янина смогла вдохнуть полной грудью и резко сесть. К ней вернулась способность двигаться и соображать.
Отплевываясь от воды, Янина протерла глаза и увидела перед собой бледного, как каменной изваяние Давида с пустым ведром в руках. Делая глубокие свистящие вдохи, Янина с ужасом смотрела ему в глаза. Ее поглощала другая напасть. Стыд смешивался со сладостью, которую неожиданно обрел воздух.
— Прости, — выдохнул Давид, с трудом размыкая челюсти. — В армии это единственный способ привести человека в чувство.
— Спа… Спасибо, — выдохнула Янина. — Спасибо и… Прости, — с трудом продолжила она. — Я… Не знаю, что…
— Пожалуй, предложение я тебе буду делать в письменном виде, — еле слышно, словно создавал заметку, произнес Давид.
***
Янина сидела на стуле, грея руки о кружку с горячим кофе. На ней была просторная фланелевая рубашка Давида и его спортивные штаны. Сам Давид замер у подоконника, присев на самый его край, и потягивал кофе, глядя на Янину поверх кружки.
— Судя по тому, что за все два года нашего знакомства, я вижу тебя в таком состоянии впервые, панические атаки и тебя случаются не так часто… — вслух рассуждал Давид.
— Да… Это первая за четыре года.
— И вызвана она… — заканчивать Давид не стал. Сделал глоток кофе. — Ты поразительная. Я видел, как ты проводишь совещания по слиянию. Видел, как ты шлешь высокопоставленный людей индустрии. Да ты в порыве ярости разбила машину какого-то избалованного идиота! И…
— Замолчи, — беззлобно попросила Янина. — Я не хочу об этом говорить. Не сегодня.
— Посмотри на меня, — попросил Давид.
Янина упрямо смотрела на свой кофе.
— Янина, — надавил Давид. — Посмотри на меня.
Нехотя, совершая над собой усилие, Янина подняла взгляд.
— Я здесь, — сообщил ей Давид, заставляя ее смотреть себе в глаза. — Я здесь, с тобой. Я хочу, чтобы ты дышала и знала это. Я не оставлю тебя. Не заставлю делать то, что ты делать не хочешь. Но я тоже живой человек. Поэтому мне нужны ответы. И я готов ждать тебя, когда ты будешь готова мне их дать. И если ты хочешь, я могу отвезти тебя к тебе. Или вызвать тебе такси. Я готов дать тебе время и пространство, если они тебе нужны.
Янина сглотнула. Горло драли кошки, кофе не помогал.
— Спасибо, — проронила она и поняла, что глаза снова наполняются слезами.
Янина опустила взгляд в кружку. Она не знала, что чувство благодарности может причинять боль. Давид достал из шкафчика бутылку рома и отвинтил крышку. Вдохнул пары и закрутил обратно. Достал бутылку коньяка. Запах коньяка ему пришелся по нраву, потому что он щедро налил его себе в кружку.
— Я лягу спать в гостиной, — наблюдая за его махинациями, сообщила свое решение Янина.
Давид просто кивнул в ответ, завинчивая крышку на бутылке. Янине он алкоголь не предложил.
