Надо сказать, что в этом произведении вообще много примет времени. Вот, например, что еще отмечает будущий биограф Михалкова: в первой, пепсикольной, версии басни одиннадцатая и двенадцатая строка выглядят так: «Так, ахая под звуки рок-н-ролла, / Он наконец дошел до пепси-кола…» (NB историкам языка и историкам русской версификации: слово не склонялось; рифма была точной). Далее же изменилась не только рецептура, но и грамматика: стало «до кока-колы» (возможно, мы никогда не узнаем, произошли ли эти два изменения одновременно). Низкопоклонство там или не низкопоклонство, но слово кола было быстро освоено и стало склоняться. Интереснее, однако, другое. Если бы поэт был жив и собрался снова публиковать свою басню (а все идет к тому, что тема может вновь стать актуальной), он вполне мог бы вернуться к точной рифме (рок-н-ролла – кола). Потому что с тех пор грамматика снова изменилась и бренды теперь тяготеют к несклоняемости: нас призывают не только «пить кока-кола», но и «покупать в „Евросеть“». Еще примета времени – михалковский низкопоклонец восторгается:
«Ах, что за живопись! Законно! Мирово!»,«Ах, сразу видно, что она оттуда!»,«Ах, ах, абстрактное какое мастерство!..»Ну, абстракционизм и хрущевская эпоха – этот сюжет нам понятен. Но Михалков бичует и язык своего героя. Действительно, словечки законно и мирово весьма характерны. Законно я помню, но выискивать примеры на нужное значение слишком трудно, а вот зато на мирово Корпус услужливо нам их предоставляет:
Ну, на этот раз тебе не хочется сказать «мирово», «сила» или еще что-нибудь неандертальское? (Николай Дубов. Небо с овчинку, 1966).
Хоть он и поет мирово, но не жених! (Анатолий Приставкин. Ночевала тучка золотая, 1981).
Вместо будешь побит – схлопочешь, вместо хорошо – блеск! сила! мирово! мировецки! вместо иду по Садовой – жму через Садовую (К. И. Чуковский. Живой как жизнь. Рассказы о русском языке, 1962).
Играя с ребятами, Саша усвоил себе их выражения: «мирово погулял», «мирово покатался» и проч. На их жаргоне «мировое мороженое» – самое лучшее. Поэтому Саша с недоумением спрашивает: – Почему мировая война? (К. И. Чуковский. От двух до пяти, 1933)
Как мы видим, мирово существовало к тому времени довольно давно, но пуристы так с ним и не смирились, а там оно и ушло, вытесненное более новыми классно, прикольно, круто, супер и т. п.
Но больше разбередили мою память другие михалковские строки: «То тут, то там прегромко ахал он: / „Ах, что за стильная модерная посуда!“» А ведь и правда, было же слово модерный, давненько я его не слышала. Сразу вспомнилось читанное в детстве стихотворение Юлии Друниной:
По улице Горького – что за походка! –Красотка плывет, как под парусом лодка,А в сумке «модерной» впритирку лежатПельмени, Есенин, рабочий халат.(«Девчонка что надо!»)Между прочим, вполне гуманистическое по тем временам произведение: помада с крамольным оттенком, но не стиляжка, «девчонка что надо». А не то что – сегодня, мол, помада, а завтра Родину предаст. Я помню слово модерный, слышала. Мне оно и тогда странным казалось: более естествен вариант с суффиксом – модерновый. Ну ведь, например, английское прилагательное cool заимствуют в русский язык не как кулый, а как кульный (крутой то есть).
