Я на трясущихся от удовольствия ногах захожу в свою спальню. Здесь всё такое же, те же грамоты и постеры, развешанные по стенам, мои любимые мягкие игрушки и стопка дисков с любимыми аудиозаписями. Постельное бельё нежно-персикового цвета с изображением заек. С этим моя ба, конечно, перестаралась. Мне не девять лет, но ладно. Я плюхаюсь на кровать и вдыхаю воздух, болтаю в воздухе ногами. Потом вспоминаю, что меня ждёт папа и беру одежду под мышку, спускаюсь в душ и только потом, переодевшись, смыв с себя всё, выхожу к папе в сад. Он сидит на качелях с бутылкой холодного пива в руке, хлопает по деревянной качели рукой:
— Садись, my honey! Пива не предлагаю. Хоть ты уже взрослая, но всё же ты — моя дочурка.
Папа наклоняется и достаёт из ведёрка стеклянную бутылочку Coca-Cola, стукает своей бутылкой о мою. Я отпиваю напиток и откидываюсь спиной на качели. Уже ночь, мягкая, тёплая. Много звёзд на небе и стрекочут какие-то насекомые. Мы молчим несколько минут, потом я решаюсь задать вопрос:
— Давно ты знаком с Кэролайн?
Папа кивает:
— Знаком давно, но вот так близко… общаться начали совсем недавно. Год назад.
Я пихаю его локтем в бок:
— И ты молчал всё это время! А как же твои слова, что от любимой дочки у тебя нет секретов?
— А как насчёт тебя, а, Джесс? Даже бабушка не поверила, что Джейкоб для тебя просто босс. А ей уже восемьдесят пять, и она плохо видит.
— Па… Я ещё сама не знаю. Всё неопределённо.
— Определяйся, Джесс. Он с тебя глаз не сводит! Я желаю тебе счастья, и надеюсь, что он не разобьёт твоё сердечко. Такие, как он, привыкли к женскому вниманию. Для него случайно брошенная улыбка может быть просто улыбкой, а для тебя… повод для ревности. Не хочу, чтобы моя девочка страдала.
— Я и сама этого не хочу. Поэтому не тороплюсь.
Как только можно не торопиться рядом с ходячей сексуальной машиной, добавляю про себя, но вслух говорю другое.
— Мне хотелось бы верить, что для Джейкоба — это не просто одноразовое развлечение.
Только сказав эти слова вслух своему папе, я на самом деле поняла, что боюсь влюбиться в Джейкоба. Если уже не влюбилась… Чёрт… Папа прочистил горло и отхлебнул пива:
— Солнышко… Старик Фостер хорошо отзывался о своём сыне. Он с вида разгильдяй, но воспитан неплохо. Конечно, не стоит забывать, что все родители любят своих детей. И любят их такими, какие они есть. Мы любим даже ваши недостатки, но никогда не расскажем о них остальным. Я не могу ручаться, что Джейкоб с таким же уважением относится к девушкам. Но, на всякий случай, Джесс… Я, как и любой техасец, могу управляться с револьвером. И с удовольствием продырявлю ему зад, если он обидит мою любимую принцессу.
Папа подмигнул и, сняв свою шляпу, надел мне её на голову.
— Па, я хотела бы побывать на ранчо. Хочу поездить верхом.
Папа заворчал.
— Папочка, пожалуйста! Я не хочу обманывать тебя и делать вид, будто мне совсем не хочется порезвиться верхом. К тому же делать это тайком от тебя в возрасте двадцати с лишним лет кажется очень глупо!
— Ладно, солнышко, — вздохнул папа, — только, ради всего святого, не вздумай отправляться туда одна, идёт? Пусть рядом постоянно находится кто-нибудь ещё.
— На самом деле я думаю, что Джейкоб увяжется за мной, па…
Папа перевернул бутылку, вытряхивая из неё последние капли пива, и засмеялся:
— Кстати, не так уж глупо прятаться от родителей… Не поверишь, но я чувствовал себя пятнадцатилетним юнцом, когда собирался на первое свидание с Кэролайн и пытался провернуть всё так, что твоя ба не пронюхала.
— И как, получилось? — хохоча, спросила я.
— Ничего подобного. Мало того, что она всё узнала каким-то образом, так ещё и раскритиковала мой выбор одежды. Сказала что, так одеваются только старые клячи вроде неё.
Я рассмеялась так, что слёзы брызнули из глаз, и прижалась к папиному плечу. Тот обнял меня и поцеловал в висок.
— Как давно я не слышал смеха своей принцессы! Навещай своего старика немного чаще, идёт? Хотя бы пару раз в год?
— Я обязательно приеду на Рождество, папочка!..
… На следующий день я встала с постели так рано, что не поверила своим глазам, взглянув на будильник. День обещал быть насыщенным. Я хотела проехаться до города и навестить знакомых. Я привела себя в порядок. День обещал быть очень жарким, поэтому я ограничилась лёгким топиком, шортиками и босоножками. А на ранчо мы поедем к вечеру.
На кухне ещё никого не было. Ба спала. Папа, скорее всего, уже поехал проведать своих лошадей. И Джейкоб судя по тишине за дверью спальни тоже спал. Я решила приготовить завтрак. Гора подсушенных тостов росла на тарелке с каждой минутой. Я наполнила стеклянный графин свежевыжатым апельсиновым соком. И подумав ещё немного, решила приготовить фруктовый смузи с протеином. Я открыла дверцу холодильника и нагнулась к корзине с фруктами, как тут же мою попку огрела мужская ладонь.
— Джейкоб! — подпрыгнула я на месте от испуга и добавила чуть спокойнее, — доброе утро!
Я прошла к раковине, чтобы вымыть фрукты, но он шлёпнул меня по попке ещё раз.
— Вот теперь доброе утро, Джессика-идеальная-попка!
