— Тебе придётся собрать все силы в кулак и рассказать правду, а лучше вручить письмо. Так ты поможешь ещё и Ребекке. Она покончила собой, потому что боялась, что её не простят, отвернутся, что все накинутся на неё и назовут «убийцей». Ты, её родители, друзья должны простить ей этот проступок. На месте Ребекки, я бы этого хотела.
Мои слова дополнило эпичное громыхание в чёрном бездонном небе. И это так странно: за пеленой этих грозных туч есть звёздное небо и луна… Потрясающе.
— Наверное, ты права. Так и сделаю. После лагеря сразу к мистеру и миссис Донован. — согласился брюнет, искренне улыбаясь мне. Его большой палец гладит мою ладонь, и я ощущаю мурашки от касаний парня. Вот бы это не заканчивалось.
— Я должен тебе в кое в чем признаться, Кит… — неожиданно вставил Киллиан, заставив понервничать.
Я выпрямилась и с большим интересом взглянула в лицо парня. Боже, что он хочет сказать?..
— Говори, — киваю я, не убирая свою руку с его ладони. Это выглядело странно, поскольку мы не знаем кем считаемся друг для друга.
— Эти дни я чувствовал себя дерьмово. Мне хотелось сбежать. Поэтому, сегодня я планировал прогуляться… короче, я хотел заблудиться. — его реплика привела меня в ступор. — Но потом встретилась ты, и я никак не мог от тебя сбежать, но планы менять не стал. Ты даже не представляешь каких трудов мне стоило, чтобы заплутать, ведь я и вправду знаю эту местность как свои пять пальцев. Поэтому мне захотелось рискнуть: пойти туда, куда Аларик запретил ходить. И вот, теперь мы сидим здесь…
Его речь закончилась. Теперь он ждёт моей реакции, но я даже и не знаю что сказать. Странное двоякое ощущение. Мне смеяться или злиться? Поэтому, приоткрыв рот, я смотрю в одну точку. Ладно, Кит, соберись, и не такое доводилось слышать.
— Ты точно псих, Киллиан, у тебя не все дома, — неловко засмеялась, выпучив глаза я.
Киллиан поддержал мой смех, а затем уставил своё внимание на дождь, а точнее на ливень.
— Боюсь, как бы из-за этого ливня не начался оползень, — с тревогой заметил тот. Я также поглядела на улицу.
Ливень идёт уже достаточно долго, а капли такие большие, что напоминают камни с размеру моего мизинца на ноге.
— Будем надеяться, нас найдут раньше, чем это случится, — с наигранным оптимизмом произношу я и медленно выдыхаю.
— Какие планы на жизнь? — переводит тему вожатый, подкидывая в костёр маленькие сучья и веточки.
— Приехать в Форт Уэстанд, надрать задницу Алексу Харису своим безразличием и зажить счастливо. Все просто. Но…
— Но?
Я резко убираю свою ладонь с руки Киллиана и грустно хмурю брови.
— Ты простил меня?
Мои глаза полны надежды. Сердце медленно, но больно стучит, сотрясая грудную клетку. Дышать стало невыносимо. Он некоторое время смотрит на меня, а затем тянет свою ладонь к моей щеке и начинает гладить её. Черт, по его поведению невозможно ничего понять: он прощается со мной или прощает? Терпение мне…
— Я не даю людям вторых шансов, — спокойно дал понять Джонсон, присев ко мне ближе, — но ты мое исключение.
После его слов я начинаю громко смеяться, подобно больному человеку. Между нами пару сантиметров, и они все сокращаются и сокращаются. Киллиан медленно наклоняется ко мне и смотрит прямо в глаза, как бы наблюдая за моей реакцией. Тем времени каждый уголок тела неимоверно горит. Меня наполняют самые прекрасные чувства. Вот-вот произойдёт мой первый поцелуй в жизни, и как прекрасно, что это происходит с тем, кого я люблю.
Я уже чувствую его горячее дыхание на своих губах. По телу прошлась дрожь. Кил нежно хватает меня за подбородок и приподнимает голову вверх, от этого я млею. Уже прикрываю веки и ожидаю желанный поцелуй, а затем… Затем происходит сказка. Нежные губы Киллиана касаются моих и соединятся в робком поцелуе. Ток пронзил все мое тело, электризуя даже волосы на голове. Мне становится то жарко, то холодно, то смешно, то грустно, и главное, я не могу это контролировать. Смачный поцелуй прерывает наш смех. Мы на сантиметр отдаляемся друг о друга и начинаем громко хохотать. Боже, это самые счастливые минуты в моей жизни. Я не могу остановить свой приступ смеха. Как же хочется петь и танцевать, хочется летать, а ещё безумно хочется повторить этот поцелуй, повторять столько раз, пока губы не онемеют… Я кладу свои руки на шею парня и смотрю ему прямо в глаза, тот, в свою очередь, нежно обхватывает мою талию руками и прижимает к себе. Время замерло. Дождь замер. Все обратилось в прах. Есть только мы. Киллиан смотрит мне в глаза, и я слышу как наши сердца бьются в унисон. Разве, это не чудо?
— Кажется, я влюблён в тебя, — смеётся Кил, прижимая к себе ещё ближе. Я вновь хохочу.
— Кажется, я влюблена в тебя, мистер Джонсон.
Мы хотим вновь поцеловаться, как слышим сквозь шум дождя чьи-то голоса. Много голосов. Присмотревшись в туман, замечаю свет фонарей. Кажется, это ребята. Нас нашли! И снова голоса, окликавшие: «Киллиан, Кит», «Где вы?», «Ребята, отзовитесь».
Брюнет недовольно замычал и склонил голову вниз. Я вновь засмеялась.
— Ты чего? — спрашиваю, не переставая улыбаться.
