Кто-то, возможно, возразит мне и скажет: «Нет, так не думает никто из молящихся, когда говорит с Богом». Но те, кто привык глубоко исследовать себя, согласятся, что здесь нет преувеличения. Именно такой ход мыслей делает нашу молитву утомительной, и в нем причина нашей постоянной усталости от молитвы.
Я хочу привести один пример из повседневной молитвенной жизни. Мы молимся за двух человек, чтобы они обратились. За одного молиться легко, за другого — трудно. Почему?
Один по природе, по воспитанию и по характеру таков, что нам нетрудно представить, что этот человек изменится. И так как мы в продолжение молитвы видим путь, как Бог может исполнить нашу просьбу, нам легко молиться. Другой же таков, что мы не можем себе представить, чтобы он смирился, порвал со своей греховной жизнью и склонился перед Богом; и так как во время молитвы мы не можем придумать, каким образом Бог должен исполнить нашу просьбу, нам тяжело молиться за такого человека. Дух молитвы хочет показать нам, что нам не нужно спрашивать себя, тяжело или нет Богу исполнить нашу просьбу. Наши рассуждения никак не способствуют тому, чтобы наша молитва была услышана, — и мы напрасно тратим свои силы на то, что нам никто не поручал.
Тайна молитвы стала мне как-то особенно ясна после того, как я много лет назад прочитал повествование о браке в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11). На эту свадьбу были приглашены Иисус, Его Мать и Его ученики. Возможно, что семья в Кане находилась в родственных или дружеских отношениях с семьей Иисуса.
Во всяком случае, мы видим, что Мать Иисуса была посвящена в ту неприятную ситуацию, которая возникла во время пира, когда закончилось вино. Мать Иисуса показала себя здесь настоящей и опытной молитвенницей. Она идет с нуждой, в которую была посвящена, туда, куда и нужно идти: она идет к Иисусу и говорит об этой нужде Ему. Нам необходимо обратить внимание на то, что она говорит Ему. Это короткие и простые слова: «Вина нет у них». Здесь мы видим смысл молитвы: сказать Иисусу о том, чего нам недостает. Ходатайственная молитва означает: сказать Иисусу, чего недостает другим. Мы видим, что Мать Иисуса ничего другого и не делает. Она просто пересказывает Ему нужду своих друзей и знает, что нет никакой необходимости добавлять что-либо от себя. Она знала, что Он не нуждался в ее помощи — ни в форме предложений, ни в какой-либо иной форме. Она знала Его и была вполне уверена, что эта нужда передана по назначению. Он тоже знает, что надо делать. Ей не нужно было уговаривать Его, чтобы убедить оказать помощь ее друзьям. Никто никогда не был так готов помогать, как Он!
Да, воистину, мы видим здесь настоящую молитву!
Мы, конечно, все догадываемся, насколько изменилась бы наша молитва, если бы мы изучили ту сторону молитвенного искусства, с которой так хорошо была знакома Мать Иисуса.
Для большинства из нас молитва потому тяжела, что мы не научились видеть смысл молитвы, который состоит в том, чтобы сказать Иисусу, чего недостает нам или другим. Мы не верим, что этого достаточно. Инстинктивно мы полагаем, что это не может быть так легко. Поэтому у нас столько тяжелых мыслей связано с молитвой: «Может ли Бог услышать меня? Захочет ли Бог обратить внимание на мою просьбу? А если да, то как это произойдет? Ведь дело кажется таким невозможным!» Между тем, жизнь продолжается, и так как желанный ответ не приходит, мы думаем: «А может ли Бог вообще нас услышать?» Нам самим неясно, почему мы так думаем, но именно эта неясность наполняет нас страхом и беспокойством, делая нашу молитву мучительной для нас. Особенно если мы или наши близкие находятся в большой нужде, и все, кажется, зависит от того, будем ли мы услышаны.
Все изменяется, как только мы узнаем Его так же хорошо, как знала Его Мать, так что мы можем быть вполне спокойны, сказав Ему о наших трудностях. Такое отношение к Иисусу является существенной предпосылкой для нашей молитвы. И именно этому хочет научить нас Дух молитвы. Его задача состоит в том, чтобы представить нашему взору Иисуса и прославить Его (Ин. 16:14).
Когда в нашей душе произойдет такое знакомство с Иисусом, тогда молитва станет тихой, доверчивой и блаженной беседой с Ним, как с нашим лучшим Другом, обо всем, что лежит на нашем сердце, будь то наши нужды или нужды других. Нам нужно оставаться совершенно спокойными, после того как мы все наши большие и малые трудности принесли к Нему. Он не только заботится о нашем благе, но Он лучше, чем кто-либо, понимает нас.
Мы успокаиваемся в молитве, когда понимаем, что сделали все, что зависело от нас, когда рассказали Иисусу нашу просьбу. С этого момента все зависит от Него. Он теперь несет ответственность, если мы осмеливаемся так выразиться. И мы, надо сказать, осмеливаемся.
