–Не могу ничего пояснить по этому поводу, Сир! Узнав о блокаде Ущелья, перед непосредственным приближением врага, руководство направило меня и ещё несколько человек на север. Мы были переодеты крестьянами, купцами, пастухами и под покровом ночи отправлены с донесениями к Вам через горы. Вероятно, к данному моменту только я смог их преодолеть. Этому способствовало то, что небольшое поместье моего отца находится в горах, я их знаю с детства, как свои пять пальцев. Я двое суток был в пути, переход оказался довольно тяжёлым, но, слава Богу, у меня всё получилось. На этой стороне купил у пастуха мула, гнал его, сколько мог, но животное оказалось никудышным, пало. Остаток пути преодолевал пешком. На счастье, меня заметил Ваш патруль. Вот и всё… Как я рад видеть Вас, Государь!
– А я как рад! Так вы дворянин?
–Да, Сир. Я – Шевалье, служу у ГРАФА сотником. Мой род хоть и обедневший, но довольно старинный.
–Молодец, ах, какой молодец! – потрепал я воина по плечу. – Вы достойны награды. Попозже напомните мне об этом, не стесняйтесь.
–Рад служить Вам, Сир! – снова попытался приподняться СОТНИК.
–Сидите, сидите… Так как там обстановка в замке, что с Ущельем?
–Замок я покинул буквально за несколько часов до подхода противника. Сначала, насколько это позволял рельеф местности, скакал на лошади, затем спешился. Пока поднимался в горы, никаких признаков чего-то тревожного, ну, типа пожара, в районе замка не видел. А вообще, Сир, Вы же знаете, он – довольно крепкий орешек, взять его будет очень трудно.
–Знаю-то я это, знаю… Ах, сударь, вы не представляете, сколько за всю историю было расколото крепких орешков! Был бы орех, а расколоть его всегда найдётся желающий, знаете, с таким увесистым молотком, или с массивными щипцами. Так, а что всё-таки с Ущельем?
–Чёрное Ущелье заблокировано врагом очень и очень серьёзно. Почти всё оно завалено камнями в два человеческих роста, в середине небольшой проход, он забаррикадирован брёвнами на такую же высоту. Перед ущельем и за ним – многочисленные конные патрули, сам проход охраняют примерно тысяча тяжеловооружённых отборных пехотинцев и, не поверите, – пять-шесть сотен арбалетчиков и лучников! И ни одного конника!? Оборона построена в три эшелона, выкопаны рвы и возведён частокол. Кроме того, имеются потаённые ямы-ловушки с заточенными кольями внизу, сформированы несколько отрядов воинов с толстыми сетями и опоясывающими кнутами.
–Что за кнуты такие? – с интересом спросил я у гонца.
–Сир, ну, это такие длинные прочные кнуты, которыми традиционно пользуются горцы. Кроме обычного своего назначения: пасти скот, захватывать и сбивать его с ног, бороться с волками и барсами, они получили распространение среди горного дворянства, как оригинальный и экзотический спортивный предмет. Мы устраиваем турниры на кнутах каждый год. Именно в поместье моего отца они и происходят. Съезжаются Мастера Кнута со всех трёх южных Провинций, собирается масса зрителей, гостей. Собственно, – эти турниры и являются основным источником доходов нашей семьи. Знаете, три дня весь год кормят…
–Знаю, знаю… – задумчиво произнёс я. – Ну, для чего столько стрелков, и эти ямы, и кнуты, и сети, я прекрасно представляю. Боятся нас с АНТРОМ, прежде всего именно его, готовятся к нашему возможному нападению. ЗВЕРЬ есть ЗВЕРЬ… Интересно, интересно. А скажите, милейший, каково ваше умение владеть этим самым кнутом?
–Я – Первый Мастер Кнута, Государь. И мечом, кроме этого, владею неплохо!
–Ха, ха, ха!!! – рассмеялся я весело и нервно. – Вот и повезло же мне! В моей свите одновременно два Мастера, – меча и кнута! Ау, ау! Присутствуют ли здесь ещё какие-либо мастера!? Ау, ау!?
–Сир, – конечно, присутствует, – неожиданно раздался сухой голос ПОЭТА.
–Ах, да… О вас я и забыл, – стал я вдруг совершенно серьёзным. – Извините, искренне признаю ваше мастерство в стихосложении, а, возможно, вы ещё покажете себя и в прозе. Я намекаю, прежде всего, на Летопись. Истинный поэт, как правило, всегда хорош и как прозаик. Ну что же, Бог любит троицу, вот и славно. Три мастера в одном месте, – это и не много, и не мало. Но, давайте вернёмся к делам нашим насущным. А на землях чьих владений расположено это Чёртово Ущелье? Почему всё-таки проглядели и допустили его захват? И, вообще, откуда эти молодцы с кнутами? С сетями, – понятно, но с кнутами? Получается, что это горцы?
–Получается, что так, Сир, – сзади раздался мелодичный и в тоже время чуть хрипловатый голос ГРАФИНИ. – Извините, ущелье не Чёртовое, а Чёрное. Находится оно на земле этого старого хрыча, – ГЕРЦОГА. Не изменой ли здесь попахивает?
–Возможно, возможно… Ах, ГЕРЦОГ, ГЕРЦОГ! Дайте время, – с ним и со всеми другими разберёмся! – я злобно заскрежетал зубами. – А вы, милочка, если я ничего не путаю, весьма весело танцевали с этим хрычом на одном недавнем памятном балу!
–Так ведь правила приличия диктуют свои законы, Сир! Вы же сами меня этому учили, – фыркнула ГРАФИНЯ.
