–Сир, прошу Вас, – что-нибудь из Цвейга, для Цитатника! – взмолился взволнованный ПОЭТ. – Я, кстати, его давно не пополнял. Работаю в основном над основной частью Летописи, описывающей Ваши необыкновенные странствия, жестокие и кровавые сражения и великие свершения.
–Странствия, сражения и свершения… – довольно улыбнулся я. – Хорошо сказано. Мне нравится…
Я встал, тяжело прошёлся по комнате, глубоко задумался, затем взял со стола вилку, ткнул её в ломтик помидора, с удовольствием его пожевал, потом засмеялся и сказал:
–Знаете, ничего особо умного не приходит в голову. Вспоминаю «Смятение чувств», «Амок», «Шахматную новеллу»… Всё в голове перемешалось. Но, глядя на наш чудесный стол, вспомнилась одна интересная, высказанная как-то Цвейгом, фраза. «Когда между собакой и кошкой вдруг возникает дружба, то это не иначе, как союз против повара».
Все засмеялись, посмотрели на холодный стол.
–Сир, сейчас прикажу всё быстро разогреть, – сказала ГРАФИНЯ. – Эту запечённую свинину, я думаю, лучше употреблять горячей.
–Конечно, дорогая, конечно, я согласен. Что-то слишком увлеклись мы говорильней, пора порадовать не только интеллект, но и желудок, – добродушно произнёс я. – Поговорить мы всегда успеем, а вот всласть пожрать, может быть, в следующий раз вовремя и не удастся. Жизнь у нас сейчас такая, увы.
–Сир! – нахмурилась ГРАФИНЯ. – Ну что за моветон! И вообще! Не сглазьте!
–Всё, умолкаю, моё солнце! Так, где же всё-таки в данный момент находится ШЕВАЛЬЕ? Бог с ним, я его прощаю! Молодо-зелено! Что же тут поделаешь. Сибирь подождёт до следующего раза. Где этот великий шпион современности?
–Сир, следующего раза не будет, я за ШЕВАЛЬЕ ручаюсь, – мягко сказала ГРАФИНЯ.
–А вот это ты зря, – грустно произнёс я. – Я иногда за себя не могу поручиться, а как можно ручаться за другого человека? Так, где же всё-таки находится в данный момент ШЕВАЛЬЕ?
–Государь, вообще-то ШЕВАЛЬЕ остановился в соседней комнате, ждёт Ваших указаний, – осторожно сказал ПОЭТ.
–Заговор, – констатировал я и улыбнулся.
–А как ты хотел? – усмехнулась ГРАФИНЯ. – Из заговоров, крупных или мелких, существующих в той или иной форме соткана вся наша жизнь.
ГЛАВА ПЯТАЯ.
В теснинах гор
Сквозь ворох кленовых листьев
Проходит олень.
Я слышу стонущий голос.
До чего тогда осень грустна!
ШЕВАЛЬЕ имел вид бледный и печальный. Его левая рука и правое плечо были обмотаны бинтами. Зайдя в комнату, он, молча и глубоко мне поклонился, потом тяжело опустился на одно колено, вытащил из ножен меч, на вытянутых руках выставил его перед собой и, посмотрев, наконец, мне прямо в глаза, произнёс:
–Ваше Величество, я совершил поступок, недостойный звания дворянина и Вашего приближённого. Я не прошу прощения, потому что не заслуживаю его. Велите казнить или миловать…
Я подошёл к юноше, некоторое время задумчиво созерцал его затылок, потом прошёлся по комнате, посмотрел в окно на тёмно-синее глубокое небо, перевёл взгляд на ГРАФИНЮ, затем на ПОЭТА. Оба они смотрели в пол. В комнате и во дворе замка царила тишина. «Странно», – подумал я, – «А почему так тихо?».
–ШЕВАЛЬЕ, а почему вокруг так тихо? – спросил я юношу.
–Что, Сир? – он вздрогнул и поднял голову.
–Я не слышу вокруг никаких звуков. Ну, должны же говорить люди, звенеть оружие, хлопать двери, лаять собаки, мяукать кошки и так далее, и тому подобное.
–Сир, во всём замке введён режим полного покоя. Это сделано для того, чтобы процесс Вашего выздоровления проходил как можно быстрее и эффективнее, – мягко сказала ГРАФИНЯ. – Все войска выведены в поле, там разбит временный лагерь. В замке находятся только Гвардейцы.
–Меры, предпринятые вами, несколько излишни, но благодарю за заботу. Кстати, каковы наши потери, ШЕВАЛЬЕ?
–Сир, мы потеряли в общей сложности четыреста человек убитыми. Почти семьсот – легкораненые, пара сотен ранены тяжело, – торопливо ответил юноша. – Основные потери мы понесли во время штурма замка.
–Жаль, жаль… Что там с конницей и с Гвардией?
–Сир, в кавалерии, к сожалению, двадцать человек убиты и шестьдесят ранены, – поморщился ШЕВАЛЬЕ. – Пираты всё-таки оказали определённое сопротивление. А вот в Гвардии, слава Богу, все живы! Ну, пара десятков легкораненых не в счёт. Вот что значит тяжёлое вооружение и отменная физическая подготовка!
–Суть не в вооружении! Суть в духе, организации и дисциплине! – я строго посмотрел на юношу.
–Совершенно с Вами согласен, Государь!
–А вообще-то, потери наши, конечно, сравнительно незначительные. Ну и слава Богу!
–Сир, так каково Ваше решение в отношении ШЕВАЛЬЕ? – мягко напомнила мне ГРАФИНЯ.
