–Что, Сир!? Идиот, он и в Африке идиот! Ладно… Вернёмся к БАРОНУ. Хоть и является наш витязь пострадавшим в этой трагической любовной истории, хоть и испытал он невыносимые душевные муки, хоть и покинул ряды Морской Пехоты, но всё-таки он настоящий мужик, воин, глыба! Первый Мастер меча! Преданный мой соратник. Вовремя почувствовал, где настоящая сила! Молодец, умница! Ах, сколько сражений мы с ним пережили и выиграли! Ну, а насчёт любовных страданий… Не застрелился, не утопился и не повесился же! Ну и хорошо! Ну и славно! Молодец! Сам я значительно труднее вышел из любовной передряги, о которой я упомянул ранее… Спасло меня только то, что пистолет дал осечку. Вот так… Представляете!?
–Сир!? – с неподдельным ужасом воскликнул ПОЭТ.
–Да, что было, то было! А вообще, пожалуй пора даровать нашему другу титул Графа!
–Наверное, Сир.
–Но всё будет зависеть от моего разговора с ним, – задумался я. – А почему же КООРДИНАТОР и вы дезертира нашего не приструнили, не наказали, не обязали, не доставили на базу, не отдали под трибунал, не расстреляли, наконец?
–Его приструнишь! Первый Мастер Меча на двух Островах! Ускоренный, да ещё и один из самых способных, да ещё и со своим отрядом. Чем мы его приструним? Вы видели его замок? Кроме этого, он с недавних пор, по сути, постоянно находился под Вашей защитой. Чем закончились попытки приструнить Вас, всем известно. Короче, оставили мы БАРОНА в покое. Пока…
–Это вы бросьте! – возмутился я. – Теперь я определяю судьбу мира! «Пока»! Я вам дам «пока»! Мало не покажется!
–Виноват, Сир!
–То-то же! Да, представляю, как во время наших совместных странствий вы за моей спиной смотрели друг на друга! А как вы общались в моё отсутствие, о чём говорили?! – я захохотал. – Два клоуна поневоле в одной карете!
Командир и его заместитель! Полковник и подполковник! Боже мой, бред какой-то! Теперь я понимаю, почему БАРОН вас как-то хорошенько и от всей души встряхнул, помните?
–Помню. Фантасмагория какая-то, Сир… – поморщился ПОЭТ.
–Совершенно правильно, полная Фантасмагория! Комедия из комедий! – я вытер слёзы, появившиеся на моих глазах после неудержимого и продолжительного смеха.
–Я бы назвал ситуацию не комичной, а трагикомичной, Сир, – печально произнёс ПОЭТ.
–Да, вы правы!
–Сир, а помните, как-то, вроде бы совсем недавно, Вы спрашивали меня о верности?
–Конечно, помню. Это вы к чему?
–Вы спросили меня о возможности предательства с моей стороны. Помните, Сир?
–Да. Я прекрасно помню, что вы мне ответили, Барон.
–Так вот, знайте, Сир, что за всё время нашего знакомства я Вас ещё ни разу, ни на йоту не предавал. Были всякие мысли, но я их решительно отметал и отвергал. Поступали всякие указания, рекомендации и инструкции. Так вот, я на них просто плевал. Но плевал грамотно, конечно, не так, как БАРОН. Я же Глорианин, у меня своя, особая миссия. А причины моего отсутствия на корабле во время последней битвы я уже Вам объяснил.
–Благодарю за верность, Советник.
–Рад Вам служить, Сир! – бодро произнёс ПОЭТ, а потом вдруг неожиданно рассмеялся. – Боже, как же всё странно!
–Я это слово в последнее время слышу уже сто тысячный раз из тысячи уст, – усмехнулся я. – Если бы на этом свете не было странностей, то в чём тогда заключался бы смысл нашего существования? Парадокс, неожиданность, непредсказуемость и, как я раньше уже говорил, интрига лежат в основе прогресса!
–Цитатник пополнен, Сир!
–За разум!
–За разум!
Мы выпили, потыкали вилками в безнадёжно остывшее мясо и картошку, похрустели ядрёным солёным огурцом, одним на двоих.
–Полковник, как говорят в Одессе, у меня к вам имеется ещё один крайне интересный и чрезвычайно задевающий меня вопрос.
–Да, Сир? – засмеялся ПОЭТ.
–Какого чёрта вы свалились на мою голову с этого долбанного дерева? Что, нельзя было внедриться в мою свиту каким-либо другим способом? Почему так сложно? И вообще, какова ваша роль во всей этой истории со мной? Не поверю, что Командир Особого Отряда, Полковник, просто так, ради контроля, сопровождал меня в моих скитаниях по этим убогим, Богом забытым Островам! Ведь вы могли следить за мною сотнями других способов. Ну, например, со спутников. О какой это миссии вы упомянули только что?
–Сир, ну, во-первых, Острова не убоги и не забыты Богом. На сегодняшний момент они – центр ВСЕЛЕННОЙ! Но об этом чуть попозже… Во-вторых, я сыграл в Вашей судьбе особую и очень важную роль.
–Какова же была эта роль, стихоплёт вы наш? – усмехнулся я.
–Как Вы точно выразились, Сир! Какой из меня Поэт?! Так, недоразумение какое-то! Я бездарен в стихосложении по изначальной сути своей. Нет у меня такого таланта! Увы, нет! И ничего не могу с этим поделать! – Полковник грустно опрокинул в себя рюмку рома и не стал закусывать.
–Но вы же неоднократно читали очень неплохие стихи, сударь! А знаменитая Поэма «Власть, война и любовь»?!
–Что касается упомянутой Вами сейчас Поэмы, Сир, то это полное дерьмо! Вы совсем недавно выразили свою точку зрения по поводу этого бессмертного произведения. Я с нею полностью согласен. Дерьмо, оно и в Африке дерьмо!
–Бедная Африка…
