–И вообще, если Вы заметили, Сир, ранее я неоднократно совершенно искренне высказывал свои переживания по поводу моих поэтических способностей!
–Да, помню. Сцены в замках, в библиотеке БАРОНА. Было очень душещипательно, – усмехнулся я.
–Зря Вы так, Сир! Прошу Вас, не иронизируйте. Применительно к моему случаю, ирония совершенно неуместна!
–Извините, ради Бога извините! Я не знал, что вас так волнует поэзия. Ну, что же, у каждого свой пунктик. Продолжайте, пожалуйста. Я вас не намерен прерывать!
–Так вот, Сир, повторяю. Именно в эти моменты я был как никогда искренен и находился в полном отчаянии. Именно тогда! Меня гнетёт моя бесталанность и бездарность! – лицо ПОЭТА исказила горестная гримаса. – Я в ужасе от этого факта!
–Боже мой! Ну что за бред, что за ерунда!? У вас, у красавца, Полковника, Командира, Советника, Барона, – и такие глупые комплексы! – удивлённо произнёс я.
–Я отдал бы всё это за настоящий поэтический талант, за пару гениальных стихов, Сир! – горестно сказал ПОЭТ и чуть не расплакался.
–Вы примерно о том, что зачем нам весь Мир, если потеряна Душа?
–Да, Сир, именно о том!
–Да успокойтесь, Советник, – я разлил по рюмкам остатки рома. – Вот те на! Какая, однако, у вас трепетная натура. Какое в ней кипение страстей! Не ожидал, не ожидал… Вернее, ожидал, но не от вас, а от ПОЭТА! Вернее… Тьфу, действительно, фантасмагория какая-то!
-За Космос!
–За Космос!
Мы выпили, закусывать почему-то не стали. Настроение было какое-то непонятное, неопределённое, аморфное, тревожное, странное.
–Последний вопрос, Советник.
–Да, Сир.
–А как же вы сотворили эту вашу великую Поэму о власти, войне и любви? – усмехнулся я.
–Сир, не издевайтесь, прошу Вас! Мне и так муторно. А вообще-то, её написал компьютер, – поморщился псевдо вития.
–Ясно… То-то я чувствовал в ней какую-то непонятную недосказанность, незавершённость, неопределённость, какую-то гниль, какую-то сухость и механичность, какое-то бездушие. Вот, оказывается, в чём дело!
–Да, Сир, увы…
–А бессмертная «Поэма о Битве с Небесным Медведем», а «Баллада о Буцефале»?
–Компьютер, Сир… – печально сказал ПОЭТ. – Кстати, хотите посмеяться?
–Знаете, я уже столько сегодня смеялся и плакал, что никакой организм всего этого не выдержит, даже организм ПОСЛЕДНЕГО МАРСИАНИНА и ВЕРШИТЕЛЯ.
ПОЭТ вздрогнул, напрягся, подобрался и с огромным почтением посмотрел на меня.
–Ладно, расслабьтесь, – я вальяжно откинулся на спинку кресла. – Так над чем вы предлагаете мне посмеяться?
–Сир, кроме перечисленных вещей, я успел сварганить ещё одну Поэму. Но написал её не компьютер, а я сам!
–И как она называется?
–Поэма называется так: «Битва со зловещим Чёрным Спрутом», Сир.
Я захохотал так, что матерчатые стенки палатки заходили ходуном. ПОЭТ с невозмутимым выражением лица строго смотрел в пространство. Отсмеявшись, я попросил его:
–Не соизволите ли зачитать отрывок из этого произведения?
–С удовольствием, Сир.
Я – Чёрный Спрут! Чудовище со дна,
Там, где царит могильный лютый холод.
Проснулся я от векового сна.
Меня томит невыносимый голод.
Поднялся я из глубины глубин,
Понять пытаясь, что такое небо.
О, как хотел бы я отведать хлеба,
Какой я к чёрту бездны Властелин!?
Смеяться мне почему-то расхотелось. Я внимательно посмотрел на ПОЭТА.
–Сударь, эти стихи действительно написаны вами?
–Да, Сир.
–Неплохо, неплохо…
–Спасибо, Сир…
–Если и дальше в таком же духе, то, может быть…
–Сир, «Марш Императорской Гвардии» тоже написал я лично!
–Вот как!? Однако… Похвально, похвально!
–Благодарю, Сир!
Мы помолчали. Я призвал Гвардейца и заказал ещё рома.
–За Поэзию, за высшее проявление человеческих и нечеловеческих духовных сил!
–За Поэзию!
–Господа, я вам не помешаю?
Перед нами из лёгкого, едва ощутимого и зыбкого марева Портала, возникла МАРКИЗА. Она была одета в плотную, короткую белоснежную тунику. На голове – изящная шапочка алого цвета. На загорелых ногах – лёгкие, кожаные, светло-красные сандалии. Девушка была, как всегда, очаровательна.
Мы с ПОЭТОМ одновременно встали, поклонились ей, несколько смутились и насторожились.
–Эй! – крикнул я в темноту, царящую за окном.
–Что изволите, Сир!? – спросил Гвардеец, появившийся из ниоткуда.
–Кресло, вина, фруктов.
–Будет исполнено, Ваше Величество!
–Сир, ну какое вино? – усмехнулась девушка, легко опускаясь в моментально принесённое кресло. – Ром, только Ром! Хочу почувствовать хотя бы слабый отголосок того, что чувствуют мужчины, употребляя сей напиток перед кровавой битвой и после оной.
–Боже, как хорошо сказано! – восхитился я.
–Что вы здесь делаете, Советник? – набычился ПОЭТ.
–Да, вообще-то, я являюсь придворной дамой в свите Его Величества! – негодующе нахмурилась девушка.
–Сир!? – ПОЭТ удивлённо посмотрел на меня.
–Что, Сир!? Действительно, пожаловал я намедни именно этой даме титул МАРКИЗЫ. Ну и что?! Вы, сударь, чем-то недовольны!?
–Да нет… Но как можно, Ваше Величество!? Вот так сразу, и Маркиза!? – поморщился Барон.
–Всё можно на этом свете, мой друг, всё можно, были бы только соответствующие возможности и желание, – усмехнулся я.
