–Почему же нет, куда же без неё, родимой? – усмехнулся я и снова, не торопясь, подошёл к барной стойке.
Я внимательно оглядел все полки и, к своему великому сожалению и разочарованию, больше не увидел на них «Цимлянского игристого». Жаль, очень и очень жаль… А, вообще, как оно здесь оказалось, не совсем понятно. «На Дону, на Доне гулевали кони!». Эх! Бывал я пару раз на Дону. Славные и вольные места. Степи и поля без края. А какая была рыбалка на Маныче! А как шли жирные рыбцы под картошечку! А свеже вяленная тарань и огромные раки под бочковое пиво! А самогончик двойной очистки под мочёный арбуз! А тройная уха! А тягучий, ароматный и сладкий шулюм или шурпа, а шашлычки из молодого барашка! Эх, именно из вот таких волшебных и удивительных моментов, собственно, и складывается наша жизнь. Настоящая, полная, насыщенная жизнь! Жаль, что она проходит! Проходит безвозвратно! Жаль… Ах, как жаль!!!
Я услышал сдержанный кашель за своей спиной, скинул с себя сладостную тяжесть воспоминаний и груз оцепенения, тряхнул головой. Бог с ним, с «Цимлянским». Что же делать, выберем на этот раз напиток, который более подобает мужчинам. Вот то, что надо, – водка «Смирнов». Я вернулся за стол, открыл бутылку, пристально посмотрел на собеседника.
–Ну, о чём вы ещё хотите у меня спросить?
–Я ничего не пойму, Сир! – продолжал недоумевать КОНСУЛ. – Если Матрица у Вас всё-таки есть, то где она!?
–Где, где… В голове, как и у всех!
–А почему тогда я её не ощущаю, Сир?
–Потому что я вам это сделать не позволяю.
–Сир, но это невозможно, странно, непонятно!
–Знаете, почему меня так манит и восхищает этот мир, и я его пока ещё не покинул? – спросил я, осторожно разливая водку в малюсенькие рюмки из-под сакэ.
–Почему, Сир?
–В нём столько тайн, загадок, недомолвок, недоговорок, интриг, противоречий и парадоксов! Этот удивительный клубок никогда не будет распутан. Вот в чём смысл и суть! А любовь!? Эта странная, вечно бездомная и скулящая сука любовь! Она соткана из света и тьмы, из холода и жара, из ясности и тумана, и никак невозможно понять и предугадать, в какой её ипостаси ты окажешься в следующее мгновение. А, вообще, жизнь прекрасна, несмотря ни на что! Эх, Любовь! Только это чувство удерживает меня от самоубийства… За здоровье!
–За здоровье! Сир…
–И так, мой друг, вернёмся к началу. Кто вы такой? Только, пожалуйста, начистоту и без проволочек. Больше я с вами возиться не буду. У меня и без вас масса проблем. Одна женщина ждёт… А другие скучают… Цыпочки мои… Ибо…
–Да, Сир, удивительный Вы человек!
–Что есть, то есть… Но я, увы, не человек. Не тяните время, – нахмурился я. – Час откровения настал. Не надейтесь увильнуть и ускользнуть. По моим сведениям, все Порталы в Поле закрыты на профилактику.
–Не понял, Сир?! – у КОНСУЛА отвисла челюсть.
–Ну, проводится там обычная плановая уборка: снимается паутина со стен и потолков, моются окна и полы, протирается пыль на подоконниках и на шкафах, освежается, дезодорируется и озонируется воздух, ремонтируются трубы и краны, тестируются цепи и обновляются датчики, и так далее, и тому подобное!
–Сир, какая уборка, какая пыль, какие датчики!? – удивился и возмутился КОНСУЛ. – Что за бред?!
–Позвать ЗВЕРЯ!?
–Ваше Величество, ни к чему это… Не стоит. Извините за резкость. Позвать ЗВЕРЯ никогда не поздно, а вот потерять верного, только что обретённого соратника и подданного, – это обидно.
–Я думаю также, – засмеялся я, а потом опечалился и с лёгким раздражением произнёс. – Ну что вы за люди такие?! Из века в век – всё одно и то же! Пока не дашь вам хорошую затрещину, или не напоишь, ничего не сдвигается с места! Ну и где выход? Наносить удары в пах, в печень или в солнечное сплетение – не мой метод. Я не сторонник насилия. Всем известно, что душа у меня добрая и крайне чувствительная. Следовательно, первый путь к искреннему диалогу мне практически заказан. Остаётся только одно, – бить по мозгам. Придётся вас напоить… Приступим! – я разлил водку в бокалы из-под вина и произнёс тост, – «Volentem ducunt fata, nolentem trahunt!». Желающего судьба ведёт, нежелающего тащит! За правильное направление вашего пути, Граф! До дна!
–Виват!
–Виват!
Мы выпили, закусили солёными орешками и сушёными трепангами. В окно вдруг глянуло солнце, непонятно каким образом прорвавшееся сквозь серую пелену облаков. Сумрачное нутро бара было затоплено и очарованно его нежданным теплом и светом. Снег заискрился на великой горе Фудзияма, лаковый чёрный пол жадно впитал в себя и поглотил ослепительную улыбку полуденного светила.
Щёки КОНСУЛА порозовели, на лбу выступила лёгкая испарина, глаза его слегка затуманились. Клиент почти созрел.
–И так, сударь, кто вы, зачем и почему предстали перед моим царственным взором? – строго спросил я и налил по второй. – За вечность!
–За вечность!
–И, так…
–Сир, я Первый Консул Совета Бессмертных Звёздной Системы Антипод! – выдохнул мой собеседник, при этом встав и вытянувшись в струнку.
–О, как, однако, ишь, ты, ибо! – недоумённо воскликнул я и плеснул водку в стакан нового подданного. – Садитесь… За Систему Антипод!
