Многочисленные племена, также приближенные к природе, упоминали ещё один тип души, «витальную душу» или «душу-дыхание». Это жизненная сила организма, она более материальна, чем «душа-образ». По мнению некоторых племён, она также продолжает своё существование после смерти, но в другом месте, часто упоминаемом как подземный мир. Согласно мнению других племён, она умирает вместе с телом.[22] Конечно, здесь нужно сохранять большую осторожность при использовании термина «душа». Он не связан с распространёнными в нашей культуре пониманиями этого слова. Относящиеся к этому слову образы также варьируют и интерферируют друг с другом. (Например, в Египте «свободная душа» в большей степени будет относиться к bа, тогда как теневая или зеркальная «душа-образ» будет соответствовать ka.) «Витальная душа» или «душа-дыхание» в нашем контексте соответствует Б-сознанию или маленькому человечку из видения шведского пациента. Несмотря на то, что многие народы верят в существование у человека четырёх, пяти или даже более (до тринадцати) душ [23], наиболее распространённым является выделение двух. Как правило, одна из них одухотворена и свободна (не вполне воплощена), а другая больше принадлежит физическому телу.
Однако с точки зрения глубинной психологии, оба аспекта души являются двумя сторонами единой психической целостности, Самости. Эта целостность, божественный центр в человеке, имеет два аспекта, один из которых представляет исключительную и вечную духовность, а другой относится к физической материи тела. Чтобы искупить последнюю и соединить её с вечной частью души, согласно алхимикам, необходимы усилия человека. Только с их помощью можно достичь конечной целостности. С этой точки зрения, воскресение представляет собой именно такой союз двух аспектов Самости — брак со смертью. Алхимик тринадцатого века, Петрус Бонус описывал этот союз следующим образом:
В процессе конъюнкции тело полностью обретает духовную природу, как и душа. Душа и тело становятся одним, как будто одни воды смешиваются с другими, между ними исчезают различия. В вечности достигается неделимое единство души, тела и духа.[24]
Очень близкую параллель этой идеи двойственности, которая нуждается в преодолении, можно найти в даосской алхимии. В целом, китайцы полагали, что когда человек умирает, происходит первое разделение души на две части, в процессе которого телесная часть души (p'o) опускается вниз, а духовная (bun) — поднимается вверх. P'o (Б-сознание Гиди) растворяется, но не исчезает, а продолжает существовать как сила или готовность к новому превращению в «душу земли» или душу коллективного бессознательного, выражаясь психологическим языком. С другой стороны, в bun обретается духовное сознание. Однако без тела эта часть души отличается тенденцией к постепенному исчезновению, если человек не был сосредоточен на будущем в процессе его земной жизни и если он не создал вокруг себя тонкое тело, состоящее из его мыслей и поступков (вновь символизм плодов!). Это тонкое тело затем поддерживает и защищает от диссоциации bun. С другой стороны, тот, кто не построил для себя такое духовное тело, попадает в зависимость от культа предков среди живых родственников. Он ищет возможность продолжения существования через новое воплощение среди них.
Аналогичное расщепление Юнг наблюдал у людей, которые пережили опыт внезапного столкновения со смертью. В одном письме он комментирует странные изменения, которые произошли в умирающей пациентке. Казалось, эта женщина надолго задержалась в экстатическом состоянии:
Это возможно только тогда, когда душа отрывается от тела. Когда такое происходит, а пациент продолжает свою жизнь, практически с полной уверенностью можно ожидать некоторое ухудшение его характера, поскольку наиболее значимая часть его души уже покинула тело.[26] Такой опыт означает частичную смерть. Конечно, тяжелее всего это переживает окружение человека, если его личность хорошо известна, но вдруг она полностью теряется, и этот человек больше не может предъявить миру ничего, кроме упадка морального духа. Но в этом случае в теле продолжает жить именно низший человек, и его жизнь сводится исключительно к существованию тела.[27]
Замечание Юнга напоминает китайское описание разделения hun и p'o, которое происходит, когда человек умирает. Юнг продолжает:
С пожилыми или тяжело больными людьми часто случаются переживания состояния рассеянности или отсутствия включённости в происходящее. Они не могут объяснить это состояние, но, предположительно, здесь имеет место процесс отделения души от тела. Иногда этот процесс длится очень долго. Редко выпадает шанс понять, что именно происходит с человеком в такой момент, но мне кажется, что такое состояние может обладать собственным внутренним сознанием [28], которое настолько далеко от нашего приземлённого сознания, что практически невозможно передать его содержание, пользуясь привычными словами. Должен сказать, у меня имеется опыт столкновения с этим феноменом. Этот опыт позволил мне глубже понять, что означает смерть.[29]
