Крепостной строй в Тибете является более варварским, более мрачным и более реакционным, чем общественный строй средневековой Европы. При такой жестокой системе эксплуатации вся пахотная земля и другие средства производства в Тибете находились в распоряжении дворянства, монастырей и местного правительства. В Тибете насчитывается всего 200—300 дворянских семей, более 20 семей крупных крепостников, в том числе 7—8 семей самых крупных крепостников. Земли, принадлежавшие правительству, можно было жаловать дворянам и монастырям, земли, принадлежавшие дворянству и монастырям, можно было взаимно дарить друг другу, жертвовать и закладывать, но нельзя было продавать. Захватив всю пахотную землю, тибетские крепостники жестоко эксплуатировали и угнетали тибетских крепостных. Они выделяли для крепостных крошечные участки земли, чтобы крепостные были привязаны к земле. Ежегодно крепостные две трети и даже три четверти всего времени были заняты на отработке барщины на земле крепостников. Крепостники давали только семена, а крепостные должны были использовать при обработке земли крепостников свой тягловый скот, сельскохозяйственные орудия и рабочую силу, причём они должны были делать всё — от весеннего сева до летней прополки, от осенней уборки до хранения зерна зимой. Кроме того, крепостные, работая на земле крепостников, должны были сами кормить себя. Крепостные работали обычно под надзором приказчиков дворянина, под их бичами. Они были полностью лишены свободы личности. Пойманные бежавшие крепостные подвергались тяжёлому наказанию, им даже выкалывали глаза, отрезали нос, отрубали руки и ноги. Когда у крепостных рождались дети, дворяне сразу же зачисляли их в счётные книги в качестве своей собственности. Для подавления сопротивления крепостных во многих поместьях крепостников имелись тюрьмы и орудия пытки. Свои поместья, вместе с крепостными, дворяне могли отдавать в подарок, закладывать или жертвовать другим, или дарить крепостных в качестве приданого.
Крепостные должны были также выполнять различные другие виды тяжёлой повинности для дворянства, монастырей и местного тибетского правительства. Когда проезжали должностные лица местного правительства, крепостные должны были бесплатно предоставлять им лошадей и принимать их на ночевку, преподносить подарки, как-то: говядину, баранину, топлёное масло, горох, цзамбу и др.— и посылать молодых девушек прислуживать им. Крепостные должны были выделять свой рабочий скот и рабочую силу для безвозмездной перевозки продовольствия и других товаров для местных войск и местного правительства. Здания местного правительства также безвозмездно строились и ремонтировались крепостными. Крепостные дворянства и монастырей, помимо выполнения различных повинностей для местного правительства, должны были ещё отрабатывать различные виды барщины для дворянства и монастырей, например: ремонт зданий, перевозку зерна-земельной ренты и перевозку различных товаров, а также выполнять разные домашние работы: носить воду, рубить дрова, убирать помещения, кормить скот и т. д. Поэтому у крепостных оставалось очень мало времени для работы на своём участке земли, который большей частью приходил в запустение.
Чтобы поддержать своё существование, крепостным часто приходилось влезать в долги. Согласно обследованию, произведённому в четырёх, расположенных к северу от Лхасы цзунах (уездах),— Лантан, Гацзэ, Линьчжоу и Пандо, в Пандо насчитывается 166 дворов населения и все они имеют задолженность; из 227 дворов в Линьчжоу 217 дворов имеют задолженность; в Гацзэ из 215 дворов 185 дворов имеют задолженность; в Лантане из 50 дворов 40 дворов имеют задолженность. Имеющие задолженность дворы, как правило, составляют около 90 процентов общего числа дворов. Из этих имеющих задолженность дворов 12 дворов имеют задолженность в размере более 10 тысяч кэ зерна, 14 дворов — свыше 5 тысяч кэ, 159 дворов — более тысячи кэ, 106 дворов — свыше 500 кэ и 266 дворов — более 100 кэ зерна. Эти долги перешли к крепостным по наследству от предыдущего поколения, и, как говорят, некоторые долги имеют 120‑летнюю давность, некоторые же тянутся уже три поколения.
Бывшее местное тибетское правительство являлось орудием диктатуры крепостников. Крепостные не только не имели права заниматься политикой, но и не могли сидеть в присутствии дворянина, не могли вступать в брак с представителями дворянства. Они даже не могли носить одежду, одинаковую по форме с одеждой дворян, и в своей речи не могли употреблять многих выражений, употреблявшихся дворянами. В религиозных кругах широкие массы бедных лам, вышедших из семей крепостных и скотоводов, также не могли заниматься политикой. Они угнетались и эксплуатировались представителями верхушки религиозных кругов.