- Ну, так ждите. Как придет штаб-с капитан, это к нему.
Все снова уселись на завалинку. Илья оглядел добровольцев. Все - зеленые новички, не нюхавшие пороху, за исключением соседа и друга детства Гриши Шевченко. Гриша служил с ним на турецком фронте в одном полку в пулеметной команде и слыл лучшим первым номером в дивизии. Слава шла не зря, Гриша больше двух пристрелок не делал, а бил - так попадал. Другого друга Сашки Беседина здесь не было. Сашка был мал ростом и легок. Отчаянный джигитовщик, умел он пролезть под конским брюхом на всем скаку, меткий стрелок и рубака, он любил опасные приключения, сам вызывался служить в разведке…
Но Сашка, как и многие другие, отсиживался в лесу, в ожидании, когда вратится прежняя жизнь.
- И ты решил?
- Да, решил, - скупо ответил Григорий.
Да и не о чем было говорить - оба прекрасно понимали, что они тут делают.
Через час появился штаб-с капитан. Обрадовался добровольцам, стал звать в управу по одному.
Когда Илья попал в кабинет, и представился по форме, назвал звание старший унтер-офицер, командир взвода. Заметил, что вызывал одобрение у капитана.
- Так что, сынок, не навоевался? – ласково спросил он, перелистывая бумаги.
Илья понимал, что сейчас будут смотреть злополучный список. И точно нашел он там фамилию Осыченко и поднял глаза, стараясь не упустить выражения лица.
- Так, ваше благородие, за доброе дело и повоевать можно. Ежели всякий откажется, так, кто станет за правду и за Царя?
- Молодец! Правильно мыслишь. Грамотный? Сколько классов образования?
- Грамотный, пятый год в Церковной школе трошки не доучился.
- Конь подходящий есть?
- Да, строевой, донской породы.
- Пойдешь в интендантскую команду?
- Рад служить Царю и Отечеству! - по-уставному ответил Илья.
Капитан склонился над злополучным списком и три раза провел пером по горизонтали, вычеркивая фамилию Осыченко из доноса. А потом склонился над другой бумагой и, переспрашивая, вписал в нее данные Ильи.
- Позови следующего, а сам ожидай.
Следующим был Гриша. Он шел, навстречу глядя в лицо приятеля с выжиданием и надеждой.
- Порядок, - на ходу шепнул Илья.
Утром назначен был сбор и смотр.
Илья простился с родней, заседлал Мальчика и тронулся к управе. Проехав немного по улице, увидал деда Игната, сидевшего на завалинке. Поприветствовал его, и хотел было проехать дальше.
- Илько, ты никак снова на войну?
- Так и есть, дед Игнат.
- Дай я на тебя гляну. Все хорошо, да вот плетку за поясом не держи, сунь за голенище, так она ближе будет. А шашка твоя где?
- Нет у меня шашки, я же не казак!
- Постой, я те подарю свою.
Он сходил в дом и вернулся с хорошо знакомой Илье шашкой. С этой шашкой дед Игнат его обучал.
- Шашка простая, обыкновенная, но вполне. Да, только ты правду сказал: ты не казак. Так что супротив казака и не надейся с шашкой идти – порубят. Но на всякий случай пускай будет. А если в атаку идти придется верхи, так держись в серёдке. Если ваша возьмет, то и ты тут как тут и ни одна зараза не скажет, что ты там не был. А если ваша не возьмет и утекать придется, тогда, кому в спину будут стрелять или первым догонят? Правильно: тех героев, которые вперед летели. Вообще герои долго не живут, не тут так там, не шашка, так пуля.
Илья нацепил шашку, поблагодарил деда:
- Спасибо дед Игнат, надеюсь, вернусь и шашку верну.
- Дай бог, - отвечал старик.
Добровольческая армия под командованием Деникина с боями прорывалась к Волге, к Царицыну. Генералы совершенно обосновано полагали, что захватив Царицын и Астрахань они улучшат свое стратегическое положение и получат прямую дорогу к Москве. Красные, плохо вооруженные, менее опытные и имевшие меньшую численность отступали. Но при случае огрызались, нанося «добровольцам» ощутимые потери. Рисунок линии фронта менялся даже не ежедневно, а часто и по нескольку раз в день.
Прошло две недели. Григорий снова попал в пулеметную команду. Командиры не могли нарадоваться на такое приобретение.
Илья в снабженцы не попал, а попал в драгунскую кавалерию, куда без разбора записали всех темнолесских, и казаков и иногородних, лишь бы конь был. Расположили в окрестностях Астрахани. Там из разношерстного состава пытались сделать конницу. Были там и настоящие кавалеристы, но их было мало. Если бы было много времени, то большинство постепенно обтесалось бы…
Но времени не было. После двух недель подготовки начался марш на передовую. Даже среди такого состава нашлось пара удальцов, которые с первых дней соперничали между собой, все они о чем-то спорили, стараясь доказать кто из них лучший кавалерист, наездник и тому подобное. Кончилось это скачками, по незнакомой местности. А местность там не простая: много прудов, и болотистых низин.
