Специализация лагеря была продиктована чрезвычайной военной тайной. В центре баварских гор, вдали от населенных пунктов строился подземный завод. Гитлеровское командование придавало ему огромное значение. Были приняты все меры, чтобы сохранить строительство в строгом секрете. Фашистам пришлось отказаться от даровой силы пленных мужчин. Они сочли это слишком рискованным. На стройку согнали женщин и детей, отобранных специальной комиссией в различных концлагерях Европы. Даже Загеру не сказали, что это за завод, какую продукцию он будет выпускать.
В Берлине Загеру дали подписать особые условия. Из них он узнал, что за побег из лагеря хотя бы одного человека, он, Загер, будет лишен звания и предан военному суду. Но зато предотвращение побега расценивалось как высокая заслуга перед фатерландом.
Накануне отъезда к месту нового назначения Загер обратился к своему астрологическому справочнику, который предсказал долгую жизнь, чины и увеличение семьи. Над последним пунктом предсказания Загер задумался. Семьи у него не было. К любым наследникам он испытывал глубокое отвращение.
Но астрология не могла ошибиться, и Загер испытующе посмотрел на собаку.
— Ты помнишь мое правило? — сухо спросил он. — Никаких наследников! Это относится и к тебе. Принесешь щенков — утоплю…
Загер прибыл в лагерь днем.
Караул у временных казарм, выстроенных метрах в трехстах от густой колючей проволоки концлагеря, встретил его машину привычными возгласами:
— Ахтунг! Ахтунг!
На дорогу высыпал весь офицерский состав охраны.
Загер встал в открытой машине, картинно вытянулся, обвел холодным взглядом тупые лица почтительно остановившихся в отдалении людей и гаркнул:
— Хайль Гитлер!
— Хайль! — проревели офицеры.
— Гав! Гав! — пролаяла Диана.
Загер гордился тем, что научил собаку дважды тявкать после каждого фашистского приветствия.
Для гитлеровцев из лагерной охраны это было неожиданно. Но, увидев, что новый начальник погладил собаку и дал ей кусочек сахара, офицеры подобострастно заулыбались и сделали для себя первый вывод: хочешь быть на хорошем счету, — не вздумай пнуть собаку.
Второй вывод не заставил себя ждать.
Когда Загер вышел из машины и направился к казарме, впереди пробежала кошка. Он остановился, как-то по-особому чмокнул губами. Диана выскочила вперед, в несколько прыжков настигла кощонку, подмяла ее под себя и, выбрав момент, когда вихрь когтей немного утих, кусанула, звучно чавкнув челюстями. Выполнив приказ, она вернулась.
— Чья? — спросил про кошку Загер и, узнав, что она не имеет определенного хозяина, но чаще всего обитает в четвертой комнате, произнес: — Всех из этой комнаты — на фронт. Завтра.
Затем Загер приказал офицерам идти вперед и только после этого вошел в казарму.
Кабинет нового начальника находился в конце длинного коридора. Справа и слева темнели прямоугольники дверей. Белые эмалированные номерки комнат поблескивали над каждой дверью. Дойдя до комнаты № 13, Загер попридержал шаг, бросил на ходу:
— Всех из этой комнаты — на фронт. Завтра!
Затем он ловко выхватил из кобуры парабеллум и, не целясь, выстрелил в дверь. Осколки эмали с номерка брызнули на офицеров. Те отшатнулись. Загер чуть раздвинул губы, что означало улыбку, и произнес:
— Тринадцатых номеров в казарме быть не должно.
Когда за начальником и двумя его помощниками закрылась дверь кабинета, офицеры вздохнули с облегчением и на цыпочках отошли подальше от страшной двери.
— Сумасшедший! — шепнул кто-то и поперхнулся, подумав, что через полчаса это откровенное словечко может дойти до Загера: недостатка в охотниках выслужиться любой ценой не было. Чтобы как-то поправить дело, тот же офицер поспешно добавил: — Или гений! И то и другое часто сосуществует… Даже наверняка гений: во-первых, — крестом награжден, во-вторых, — в приметы верит. Все гении суеверны!
Загер не был ни сумасшедшим, ни гением. Он был расчетлив и хитер. Даже слабость к приметам он старался использовать в своих целях. Он любил лично отбирать подчиненных. Приказав отправить на фронт нескольких солдат и офицеров из старого состава охраны, Загер тем самым освобождал места для преданных ему людей.
— Сколько было попыток к бегству за последние семь недель? — спросил Загер?
— Господин майор! У нас побегов не бывает!
Загер остался недоволен ответом.
— А смертность? — мрачно спросил он. — Хотя бы за семь последних дней?
Один из помощников жестом вымуштрованного офицера положил на стол перед Загером ведомость. Загер взглянул на колонку цифр.
— Та-ак… Понима-аю… — зловеще протянул они вдруг взорвался: — Хаос! Бесцельная трата патронов. Стрельба от скуки. Прекратить это безобразие! Стрелять только при попытке к бегству.
— Да… Но… Продовольствие… Его отпускают из расчета естественного сокращения численного состава пленных…
Загер просиял.
— Вот здесь, господа, и скрываются доказательства того, что ваша охранная служба не выполняет своих обязанностей! Нет такого лагеря, где не мечтают о побеге! Вы просто не изучаете пленных!.. Дайте список!
Загер заключил в кружок номера 13, 113, 213 и все другие, оканчивающиеся на число 13.
