Когда Сик окончательно пришел в себя, он был уже в баре. Поздно ночью. Держал перед собой стакан с виски, который не сможет оплатить. Да плевать. Пускай пристрелят или утопят в реке. Его жизнь закончилась. Теперь он мог точно сказать, что потерял уже все. Около года назад он точно так же сидел в баре в Шрайенсхафене. Работорговцы второй раз его уделали. Сначала жена, потом дочь. И главное, что все на это абсолютно плевать. И свергтдирскому народу, и государству. Но ладно бы они сами варились в этом котле, но из-за них вся эта преступная грязь выползает в мир. Сик осушил очередной стакан виски и поставил его обратно.
– Чего виски хлещешь, пораженец?
Сик повернул голову и увидел рядом с собой какую-то неформалку.
– Чего тебе от меня надо? – Нетрезвым голосом ответил Сик.
– Смотрю на твое ебло, и аж грустно становится.
– Можешь не смотреть, и тогда проблемы не будет.
– Ты так и собираешься здесь сидеть?
– Нет. Я не буду оплачивать этот виски, и меня просто придушат за заведением.
– Что? Кто не собирается платить? – Бармен нервно посмотрел на скьяльбриса.
– Не жужжи. – Неформалка махнула рукой на бармена. – Я за него заплачу.
– Как благородно. – Сик икнул. – Тогда наливай еще.
Бармен взял стакан и налил в него виски. Сик довольно улыбнулся. Но не успел скьяльбрис взять свой стакан, как неформалка схватила виски и метнула его об пол.
– Какого черта?! – Крикнул бармен.
– Я все оплачу! – Глаз девушки стал фиолетовым.
Сик непонимающе уставился на девушку.
– Твою дочь собираются отправить в Волю Никларнгов в рабство, а ты сидишь здесь и заливаешь свои глаза вискарем?!
– Откуда ты знаешь?
– Это моя работа. Ты вообще идиот, что ли?!
– Что я могу сделать?! – Повышенным тоном сказал Сик. – Эту группировку не может победить даже государство! А ты предлагаешь мне одному расправиться со всеми?!
– Зачем со всеми? Достаточно прийти на их плохозащищенную базу и отправить на тот свет десяток мудаков.
– Ты думаешь, это так просто?
– А почему нет? Они не ожидают такой наглости, а я тебе помогу.
– Ты знаешь, где они? – У Сика загорелись глаза.
– Я нет. Но один парень знает. И он же подгонит тебе пару штуковин, чтобы ты не отправился на тот свет сразу.
Сик посмотрел на осколки разбитого стакана, валяющиеся на полу. Это шанс все изменить. Все исправить.
– Кто ты? Почему ты мне помогаешь? – Сик взял себя в руки.
– Зови меня Био. У меня свои счеты с торгашами.
Горы-Заступники возвышались над скельсерридами. Их величие одновременно пугало и восхищало. Впервые за много месяцев Рето испытал восторг от того, что видел. Горы-Заступники, казалось, ничуть не ниже горных хребтов Слайшцайнльена, хотя, на самом деле, они были гораздо ниже. Заметно более теплые ветры омрачали настроение воинов. Начался Период Камней.
Целый день ушел у скельсерридов на то, чтобы добраться сюда по манящим лугам. Все чаще Рето стал замечать волнения и непонятные разговоры. Все чаще воины говорили о доме и завораживающих скалах Слайшцайнльена, на которых они по ночам разводили костры и пели песни. Все чаще воины разговаривали о тех, кто бесславно погиб на озере от рук гхусков. Даже у Рето иногда возникала мысль: стоило ли оно того?
– Пищи больше нет. – Мрачно сообщил Хеймерик.
– Может поймаем нескольких горных козлов. – Сказала Сольвеиг. – Придется ускориться. Начинают таять снега.
Хеймерик и Сольвеиг пошли вперед. Рето хотел пойти прямо за ними, но краем глаза обратил внимание на то, что воины стоят. Пройдя несколько шагов, вожди остановились и оглядели отряд: изможденные и обескровленные они не были похожи на себя. Даже прошедшая позавчера попойка не сумела их взбодрить. От воинственности скельсерридов не осталось и следа. Воины мрачно смотрели на Сольвеиг. Через минуту из толпы вышел Мерзго.
– Это была последняя капля, Сольвеиг! – Воинственно настроенный Мерзго сильно контрастировал с безучастной за ним толпой. – Твоему безумию пора положить конец!
– Как смеешь ты перечить мне, гкхарсат?
– Не смею, но вижу в этом единственный выход. – Мерзго выпрямился и поднял над головой топор. – Наши законы воспрещают мне делать то, что я делаю сейчас. Но я готов умереть за то, чтобы эти скельсерриды вернулись домой. Они не заслужили участи, которую
– Ты трус, Мерзго! – Сольвеиг сделала шаг вперед. – Какой смысл в этой позорной жизни?! Ты вернешься неудачником, который прошел до самых Гор-Заступников и повернул у подножья ни с чем! Ты до конца жизни собираешься устраивать эти дурацкие налеты на бедняцкие деревушки на Южном Побережье?!
– Твои идеалы несут смерть! Но даже если так, давай, наконец, разрешим этот вопрос раз и навсегда! Пускай с тобой пойдут тот, кто этого хочет. А остальные вернутся домой.
На некоторое время повисла гробовая тишина. Рето знал, что это тяжелое и страшное решение. Если Сольвеиг позволит случиться тому, о чем говорит Мерзго, это значит, что они потеряют большую часть отряда. Рето посмотрел на гкхарсата и встретился с ним взглядом.
