Занятия на военной кафедре были один раз в неделю. Я попал на кафедру инженерных войск. Это сапёрное дело, разрушение мостов, зданий, железных дорог, устройство противотанковых и противопехотных заграждений, строительство мостов, наведение переправ. Преподаватели — бывшие фронтовики. Материальная база была очень богатой. Учились не только по наставлениям. Выезжали в воинские части, на полигоны. Тетради для конспектов пронумеровывались, прошнуровывались с печатью и сдавались в секретную часть. Кафедра, кроме сапёров, готовила штурманов военной авиации, связистов, специалистов химзащиты, — готовила грамотных специалистов. Мой земляк Лобанов В. летал вторым штурманом на бомбардировщике вдоль китайской границы, над островом Даманским на реке Амур.
На военной кафедре я был отличником. Меня регулярно награждали ценными подарками, например шахматами с латунной табличкой и надписью: «Смирнов В. В. награждается за успехи в боевой и политической подготовке». У меня была возможность сравнить уровень подготовки на нашей кафедре с уровнем выпускников военного училища, когда служил в СА. Однажды, когда я уже прослужил около года, в батальон пришли два отличника военного училища, такой же специальности, как у меня. В одно из посещений ресторана в городе Советске (нас было человек семь) заспорили, кто лучше знает свой предмет. Отличник военного училища Коробов Виктор и я стали задавать друг другу вопросы: задал вопрос — получил ответ, и наоборот. И так до тех пор, пока кто-то не сможет ответить. Я выиграл.
Третий курс я закончил хорошо. По его окончании был сформирован студенческий строительный отряд. Нам выдали комсомольские путёвки и значки. С нами в одно место ехал отряд электротехнического факультета. В то время по всему СССР формировали студенческие стройотряды. Наш отряд направили в совхоз Верхнеяновский Семикаракорского района Ростовской области. Нам была поставлена задача: построить пять домов (каждый на две семьи), здание свинарника и коровник. Энергетики должны были протянуть линию электропередачи и связи. Это село, то есть совхоз, не имел дорог с покрытием. Энергоснабжения и радио не было. Электричество подавалось три часа в сутки от совхозного генератора. Домики маленькие, убогие, турлучные. Многие окна без рам — стёкла вмазаны в стену. И это 1967 год, в центре страны! После дождя гусеничный трактор двигался с трудом. С грузом зарывался в землю — такой там чернозём.
Под жильё нам выделили амбар. Земляной пол застелили соломой и поставили кровати. В отряде было 35 человек. Печку сложили сами, вырыли яму-холодильник. Туалет поставили в стороне за деревьями. Девушек у нас было трое. Их задача — трёхразовое питание. Завтрак в пять утра, обед с часу до двух, ужин в девять вечера. Работали практически весь световой день. Готовили еду Лобанова Антонина (Абакумова стала Лобановой), Глушко Наташа, третью не помню.
Отряд разбили на три группы: плотники, каменщики, бетонщики. Начальные работы делали вместе. Рыли и бетонировали фундаменты, переходя от объекта на объект. Позже работали по намеченной программе. От постоянной работы топором и молотком утром пальцы разгибали о спинку кровати. Совхоз снабжал продуктами отлично. Свежее мясо, картошка, капуста, молоко и сметана были всегда. Свинарник и коровник от бригады были далеко, обед привозили туда на телеге.
Работали три месяца, с конца мая до конца августа, после чего было три дня съездить домой. По окончании работ каждый получил по 400 рублей. Для студента в те годы это были большие деньги. Наташа, моя будущая жена, жила в общежитии, платила за общежитие 2 рубля 10 копеек в месяц, стипендия, как и у меня, от завода, 40 руб. 25 коп. Из дома — ни копейки. Мать растила младшего брата15, работала нормировщицей на заводе, отца нет. Студентов, живущих на стипендию 35–40 рублей, было много.
При студенческой поликлинике существовал ночной профилакторий. Сюда врачи направляли студентов после болезни или ослабленных, нуждавшихся в оздоровлении. Здесь было трёхразовое бесплатное питание и прописанные врачами процедуры. Минимальный срок пребывания в профилактории составлял один месяц.
Мои родители ежемесячно высылали мне тридцать рублей в добавление к моей сорокарублёвой стипендии. Кроме этого и одевали меня, и обували, и за это им огромная благодарность. В секции, где я занимался, давали бесплатно талоны на трёхразовое питание на две недели каждый месяц. Родина у нас одна и та же, была тогда и есть теперь. Но как велика разница между тем, что было тогда и что есть сейчас! Очевидно, Родина в этом не виновата. Виноваты люди. А Родине мы будем всегда благодарны за всё доброе, что она сделала для нас.
