– Видишь? Мы неразрывны до поры. – скромно улыбнулась девушка и опустила руку.
«Навсегда!» – крикнул он в мыслях.
– Как это – навсегда? – обрадовалась, но тут же лишила себя призрачной надежды на новую жизнь в облике человека девушка.
– Опять подумал, прости! – он поморщился, напряжённо думая о цветах. – А что это за место?
– Мой мир, мир духов. У каждого сферического существа есть свое пространство. У человеческих душ оно большое, как этот лес. Я часто брожу по нему, когда ты спишь; ты тоже сюда приходишь. Каждый раз во сне ты о чём-то думаешь, тебя это очень тревожит, но ты так и не решился пустить эту мысль на волю. Не надо так страдать. Ты всё равно утром не помнишь сны об этом лесе…
Эвион был поражён. Так значит, он часто видел её, но не помнит? И они о чём-то говорили всё это время, может быть даже он каждый раз срывал ей яблоко, говорил о том же, бежал по этому месту, а она находила его, и так продолжалось много раз, только он не помнит!
– Слушай, Айола… А ты помнишь наши сны?
– Избирательно. Чуть больше, чем ты…
– Тогда… Я всё же скажу тебе, что мешает мне, что скрываю. Обещай с моим пробуждением забыть это.
– Обещаю. Ты забудешь и я.
– Я точно забуду. – тихо сказал он, посмотрел на Айолу, на солнце… – В Дестане… Я могу загадать желание, и ты обязана будешь его выполнить. Я пожелаю, чтобы ты стала человеком.
Небо разразил гром, пролился как из ведра ливень, трава тут же намокла, а синее небо стало приятного серого цвета. Подул свежий, летний, но тревожный ветер. Эвион посмотрел на Айолу, и девушка тотчас же исчезла.
– Стой! – крикнул он, хотел поймать её за руку, но не успел. Нить, связывающая их, исчезла, остался лишь талисман-браслет. Эвион губами дотронулся до тёплого металла, сидя под холодным моросящим дождём. На другом конце леса, далеко-далеко от него, сидела Айола, так же приникнув нежными розовыми губками к браслету. Им казалось, что так они будут ближе; тепло браслета, одного на двоих, грело их, и в печали расцветали бутоны надежды.
«Может, получится..?» – думала она о своём оживлении.
«Получится, верю!» – отвечал он.
Им казалось, что они слышат друг друга.
Верю, вверяю
Эвиона разбудили раскаты грома. Небо заволокло тучами, и стали срываться мелкие капли дождя. Он встал, отряхнулся и пошёл дальше. В голове его вертелись неразборчивые мысли. Он чувствовал что-то, какое-то ощущение двойственности происходящего – тут, в реальности, и далеко за её пределами. Эви пытался осознать, что происходит, но были только чувства, слов к ним не прилагалось. Он знал – что-то произошло. Да только что?! В сознании была лишь одна мысль: он определился с желанием, которое загадает в храме. Это уже давно не мечта о руке или об избавлении от графа. Нет. Это – воскрешение девушки. Она говорила, что тратит его силы, являясь к нему? Эвион не понимал, откуда он это помнит, но был точно уверен в правдивости мыслей. Пусть Айола использует все силы Эвиона и воскреснет. Он к этому готов! Возможно ли, что тогда она не исчезнет из этого мира? Получится. Обязательно получится!
К крайнему удивлению юноши, он услышал мелодию дудочки. Звук доносился из глубины леса, и Эви пошёл на его зов. В перерывах между громом и шёпотом ветра различались крики оленей, пение птиц и опять та же дудочка. В древности на таких играли шаманы, вызывая духов.
«В таком лесу чего угодно можно увидеть… Сейчас окажется, что это и не лес вовсе!» – Эвион продирался сквозь кусты и влажные скользкие листья. – «Да… Угораздило ж меня дорогу не запомнить? А ну и ладно! Вначале надо найти место повыше, да хоть на дерево залезть! А оттуда всё будет видно…» – рассуждал он, шагая по мокрому травяному покрывалу.
За стволами мелькало нечто длинное, каменное, делившее лес поперёк и уходящее вдаль. Эвион вплотную подошёл к заграждению.
«Стена? Зачем в таком месте стена?.. Вампиры по натуре вроде исследователи, так наверное это их эксперимент… Это же ещё их земли?» – Эвион пошёл вдоль стены, пока не нашёл в ней несколько выбитых камней. Глубоко в выбоинах засел цемент, а стена была метров пять в высоту.
Уцепившись за выбоины, Эвион полез наверх. С той стороны дул ветер, за стеной светило яркое солнце. Приложив последние усилия, Эвион долез до верхушки каменной изгороди и замер. По другую сторону не было дождя. За стеной находился обширный город, утыканный маленькими деревянными домами, окрашенными в бежевый цвет. У каждого домика был свой маленький садик под окном, дорожки вымощены брусчаткой. От бесчисленных домиков вглубь города шла дорога к центру, где был воздвигнут храм лазурного, неестественно яркого цвета. Круглый шпиль его с многочисленными розовыми вензелями светился подобно маленькому солнцу, вокруг него летали гигантские голубые сферы, кидающие друг в друга бесшумные разряды молний. Людей в городе не было.
