– Д-да уж… – смущённо промычал Фид. – Я и правда устал… Да и Рейко… Ну… Тут можно сделать прогноз, что, пересекая цех, мы окажемся на новом этаже с новой радиорубкой. Только она там будет не сразу. Чуть подальше по коридору. Судя по схемам Рейко… метров через четыреста. Может, больше… Ведь вы заметили? Объект расширяется на нижних этажах… Если мы найдём рубку, возможно, получится разбить лагерь, как в прошлый раз… Снова связаться с Кэпом. Сказать, что мы всё ещё живы… Два дня…
– Так-то оно так… – вкрадчиво протянула Ханни. – Н-но?..
– Но здесь тоже могут быть бронебойные пушки… – озвучила Рейко мысль, посетившую, видимо, всех. – Ничего не понятно… из-за этих железок. Не видно, есть ли там какие-то люки в стенах. Хотя…
– Мы и там умудрились ничего не заметить, пока не стало поздно.
Ханни глянула на членов отряда, рассредоточившихся по бокам от проёма: айтишники и механики под защитой Сани с одной стороны; Айджан, Леонид и Первый с другой, рядом с ней.
В обе стороны от портала разбегались коротенькие боковые коридоры, утыкавшиеся в запертые двери. Свет в них не горел, и всё потонуло в грязных тенях.
– Пойти в обход! – неожиданно выдал Леонид, и все удивлённо уставились на него. – Ну конечно… Ведь инженеры… Они смогут открыть дверь, и мы…
Все смотрели на него очень грустно, даже, пожалуй, с сочувствием, и лингвист совсем стушевался. Он обиженно захлопал глазами, увеличенными диоптриями линз индивидуальной модели забрала.
– Н-нет… – сконфуженно объяснил Фид. – Помните? Лифт был отключен. И здесь, в боковых коридорах, свет не горит… Понимаете?.. Хоть наверху всё тоже было примерно так, но…
– Ты что-то чувствуешь? – нервно спросила Ханни. – Тебе так и кажется, что ты что-то знаешь, да?
– Да… – сдавленно произнёс он. – Понимаете… Не могу объяснить, почему… Но я уверен, что в коридорах… Видите: индикаторы там не горят. Они обесточены. Мы ничего не сможем без портативного электрогенератора…
– Или автогена и дисковой пилы… – поддакнул Фёдор. – Я тоже думаю, что кто-то… Создатели этого места… Специально оставили всё так, чтобы мы пришли именно сюда.
– Лову-у-ушка!.. – умилённо протянула Ханни.
– Можно взорвать, – брякнул в рацию Саня. – У меня там пластид…
Он сказал это, не отрываясь от наблюдения за коридорами. Все глянули на него. Стало ясно, что речь идёт о трёх рюкзаках, навешенных на его мощный доспех.
– Нет, – отрезала Ханни. – Шумно. И мы не знаем, чего ещё ждать. Вдруг там склад горючего? Или… Мне вот почему-то тоже кажется, что не сто́ит туда лезть.
И отряд направился в зал: Первый с Ханни – впереди, «мирные» – посередине, Саня замыкает шествие. Айджан и Фёдор, тоже с винтовками, – по бокам, в напряжённом ожидании угрозы откуда-нибудь из закоулка, из-за железных громадин замерших машин. Впрочем, как таковых машин здесь было не очень много: трансформаторные шкафы у стен да какие-то облупленные моторы – без защитных кожухов, старые, установленные прямо на полу. Между ними, как грибы из пола, торчали вертикальные отростки труб, коронованные круглыми вентилями, словно ржавыми фальшивыми нимбами – с перекладинами, тянущимися от центра к краю, не дающими им упасть. Затем начиналась аркада высоких «П»-образных порталов, образованных путаницей труб: толстых и тонких, ржавых и ещё довольно приличных, но в драной теплоизоляционной обмотке.
Тут бы Первому и насторожиться, догадаться бы, что к чему, но он был охвачен каким-то болезненным любопытством, оглядывая махины из стали, шагая сквозь огромные арки, испытывая при этом едва ли не трепетное преклонение перед теми, кто всё это создал. А к тому же, у него в голове поселилось какое-то странное чувство. Ощущение лёгкой нереальности происходящего.
Вскоре трубы расползлись в стороны, и вдоль зала потянулись уже знакомые контуры: кожухи паровых турбин, простенькие стальные конусы или целые многоярусные пирамиды, лежащие на боку и наполовину вросшие в пол. Первый, кажется, даже знал, что́ перед ним такое: устройства для понижения давления в теплоэнергетической системе.
Ещё шаг в полной тишине, и Первый уловил шум. Где-то далеко внизу, под полом и за бетонными стенами, что-то глухо бурлило, поднимаясь из-под земли. А возможно, это ему только показалось, ведь всё равно было поздно.
По бокам загудело, завыло, раздалось жужжание, лязганье съезжающих с люков заслонок. Но выстрелов не последовало. Нет. Где-то громко взвыла сирена. Лампы под потолком замигали вразнобой, наполняя зал рваными бликами и синхронизируясь до эффекта стробоскопа[44]. Откуда-то из-за турбин, из углов, из зазоров в стенах под давлением ударил пар. И динамики рации вдруг отозвались угрожающим писком. На забрале шлема у каждого появился значок спектрометра[45]. Он защёлкал, заскрежетал. Красные электронные цифры задёргались, отсчитывая летальные дозы.
