Мерный стук шариков, подаренных Расом перед конференцией, успокаивал. Перекатывая их в руке, я смотрела на девственно чистую доску и пыталась сочинить новое послание для мистрис Томаски. Психологичка наверняка расстроится, если её с Ольгой игра вдруг прервётся. А мне нельзя подставлять своего двойника, все и так теперь думают, что она перед носом декана наколдовала неизвестного науке зверя.
Написать, что нам, студентам, хочется спать и кушать? Нет, не так. Это уже было. Да и ничего из вышеперечисленного моя душенька пока не желает.
Маришка влетела в аудиторию и с грохотом кинула свою сумку на край парты. Баул опасно покосился и шлёпнулся на пол. Девушка беззлобно ругнулась.
Не успела я попросить у неё помощи в составлении эпистолы, как она уставилась на меня чуть ли не мерцающими глазами насыщенного василькового оттенка.
— Знаешь, зачем меня вызвала на кафедру Абиати? Это всё её внучок! Прикинь, он попросил, чтобы она дала ему студента-метаморфа, типа для помощи в его проект-работе. Так она меня за него «сосватала». Говорит, что мы друг другу идеально подойдём. Студенческая взаимопомощь, всё такое… Только я ни за что не поверю, что кукловод всего лишь запутался в наших формулах. Вот и Абиати не особо верит, она так упорно намекала, будто её драгоценный Маттео влюбился в меня во время конференции! Я прям там чуть не рухнула! Она ему других помощников пыталась навязать, а он вроде как выбрал меня, и бабуля дала добро.
Услышав о Тео, я мигом перестала щёлкать шариками. Хоть предположение о том, что он влюбился в мою подругу, было донельзя наивным, где-то в груди колко царапнула ревность. С чего бы это? Он же не моя собственность!
Я натянуто улыбнулась.
— А может, вправду влюбился?
— Даже если так, ему ничего не светит. Парень-телепат — это ж убиться можно! Будет постоянно контролировать да ещё заложит в голову программы вроде «Мне не нужны подарки, прогулки под луной и ужины при свечах». Нет уж, мне такое счастье даром не нужно.
Дверь тихонько скрипнула. Мы вздрогнули и оглянулись, но никто в аудиторию не вошёл. Это был все лишь сквозняк.
— Стоит признать, что Тео не дурак, — Маришка захлопнула дверь. — Резвый такой. Выведал у бабки, что я пишу у неё работу, чтобы быть поближе к нам. И ведь не успокоиться, пока не узнает, что на самом деле произошло в лесу.
— А я его понимаю. Его в тот дурацкий портал засосало, и к тому же Бартос…
Подруга покачала головой.
— Это с его слов. Вполне вероятно, что он по собственной воле вошёл в портал. И заколдовать его могли в пылу ссоры, например. Бартосу же ничего за это не было, ходит по академии, довольный, песенки насвистывает. Такое впечатление, будто его не сдали только потому, что они оба заодно.
Если мои подозрения в адрес менталиста носили абстрактный характер, то Маришке удалось их облечь в конкретные теории. А они, в свою очередь, не красили Тео.
И всё равно я чувствовала, что мне необходимо с ним увидеться. Невозможно по-настоящему узнать человека, довольствуясь лишь сплетнями и чужими умозаключениями.
Стараясь не выдать бардак, творившийся в тот момент у меня в голове, я убрала шарики в карман брюк и взяла мел.
— Но что может связывать студента и преподавателя из двух разных вузов?
— Оль, в свете последних событий это не самая большая странность.
Я неопределённо угукнула и на пробу провела линию на доске. Написать «Привет!» и не мучиться?
— Спасибо, что помогла мне сегодня с покемоном… То есть, со свинкой. Ты же знаешь, я так боюсь подставить вас всех.
— Я ничего сделать не успела это ты сама.
Так и не доводя букву «п» до конца, я выронила мел.
Я?! Да вы что!
— Не может быть.
— Почему же? Может, — не согласилась Маришка. — У обычных людей случаются косяки, когда они сами пытаются использовать магию. В основном у них вообще ничего не выходит, а бывают и такие исключения. Держу пари, это Аделина окно в коридоре разбила. Хорошо, что неудавшееся заклятье в сторону улетело, а могло же и в лицо!
Наш разговор был прерван вторжением однокурсников, шумно обсуждающих новости о Лене и Тиме. Ребята вернутся к учёбе только тогда, когда пройдут в городе все экспертизы, а на это потребуется время. Особенно всех возмущало то, что им заблокировали магические силы. Мало того, что это само по себе оскорбительно для волшебника, так ещё подобным образом поступают с преступниками и теми, кто нуждается в лечении. Как бы некоторые ни призывали других отнестись к этому с пониманием, негодование не стихало.
Буквально за несколько секунд до появления мистрис Томаски я стёрла свои художества и чётко вывела на всю доску: «Всё будет хорошо».
— Тебе надо чаще отращивать волосы, — подметила Маришка, расчесывая меня своей щёткой.
