– Саламандра, мелочь совсем, только родилась. Час, не больше.
Он подставил палец, и ящерка вскарабкалась ему на ладонь, повела носиком, словно принюхиваясь и плюхнулась на спинку, демонстрируя ярко-рыжее брюшко. Фаарр легко погладил его, ящерка ответила десятком искорок.
– Хочешь? – он протянул ладонь. – Не боишься?
– А можно?
– Можно, она же у тебя зародилась.
– Как у меня? – подставила руку и Огненный передал мне сказочное существо. Она тут же перевернулась, стала на лапки, осмотрелась, принюхалась и распласталась на ладони. Горячая, но не обжигает, наоборот, приятно.
– Видишь, узнала. Погладь ее, им нравится, – провела пальцем по шершавой спинке, ящерка довольно потянулась. – Ты с огнем разговаривала? Вот, результат. Она выбраться пыталась, глупая еще, но любопытная. Выпала, испугалась, плакать начала, меня разбудила, а я тебя.
– Она у нас останется?
– Нет, Мар, ей в большой огонь нужно, здесь ей плохо будет. И Вад не разрешит, посмотри на стены, – по стенам пробегала хорошо различимая рябь. – Несовместимые стихии, никак не уживаются вместе. Это она еще маленькая, только искрить умеете, чуть подрастет, вообще катастрофа будет. Поиграйте немного и я ее унесу.
Ящерка вела себя, как котенок. Ловила собственный хвост, нападала на пальцы, топорщила воротник на шее и подставляла пузико и ушки, выпрашивая ласку. Расставаться с ней было неимоверно жалко.
– Не расстраивайся, еще увидитесь. Она тебя не забудет, будет при каждой возможности являться и надоедать. Они те еще прилипалы. Ну что, мелочь, поехали к родичам?
– А их много? Ее не обидят?
– Нет, не много, и нет, не обидят, обрадуются, у них давно пополнения не было.
Унесшего ящерку Фаарра сменил Ваади.
– Понравилась?
– Да. Ты знал?
– Конечно. Мешать не хотел. У тебя тут развлечений маловато.
– Ты не знаешь, они разговаривают?
– А как же. Между собой и с Фаром. Надо же, устроил-таки свою «саламандру в воду»!
– Отомсти. Отправь келпи в пустыню.
– Это будет слишком жестокая месть. Я их в город отправлю.
– Какие они? Покажешь, когда-нибудь?
– Непременно и, думаю, скоро. Маррия, ты не передумала?
– Посмотреть на келпи?
– Побыть Черной Невестой.
– Нет. У тебя есть другие предложения? Кроме сидеть и ждать? Тайрин прав, не дождутся очень многие, если не все. Гном у нас есть, вся свита в сборе.
– А если кто-то откажется? Заставлять?
– Нет, ни в коем случае, только добровольно. Я бы еще Узиани и Гража заменила на кого-то постарше, но где их взять.
– С Узиани не проблема, другую дриаду найти можно, но, как мы ее от Тайриниэля отрывать будем, представляешь? Она же следом побежит.
– Здесь оставим, отсюда не выберется.
– А при возвращении получим филиал Леса, в лучшем случае. У нее еще психика неустойчивая, легко сорваться может.
– Тем более ей с нами нельзя. А если там сорвется?
– Алиани проконтролирует.
– А другие дриады? Отправить ее в Лес и предупредить, чтобы не выпускали.
– Вряд ли. Насколько знаю, у них не принято препятствовать своим.
– Амарриэлли они удержать пытались.
– Амарриэлли – не дриада.
– Как тогда Алиани сможет ей помешать?
– Она не будет мешать, но сможет успокоить, заглушить выброс или увести его так, чтобы никто не заметил. Алиани намного сильней и опытней. И, Маррия, не решай за других, не стоит.
– У Узиани все решения укладываются в одно слово: Тайриниэль.
– Это плохо?
– Это замечательно, но… Ладно, пусть сама решает. Сегодня?
– Почему нет? Нам еще каждую деталь проработать нужно, и… Я ушел, Фар зовет.
Меня это встревожило не на шутку. Может, конечно, у них какие-то свои дела возникли, требующие безотлагательного вмешательства, но мне почему-то так не казалось. И лучше быть наготове: привести себя в порядок, одеться.
Сквозь эту колючую тревогу пробивалось еще какое-то волнение, совсем другое, приятное. Точно! Мой Сон. Я увидела Его! Он идеален, прекрасен, великолепен. Никого красивее в своей жизни не видела, даже безупречному внешне Тайриниэлю далеко до Него. И он – эльф. Как такое возможно? И что мне с этим делать? Обалдеть! Теперь я не только во сне, но и наяву знала, что Он – единственный в мире… во всех мирах, кто мне нужен, что без Него жизнь моя не имеет смысла и что такой Он никогда не обратит на меня внимания. Последнюю часть я понимала только в реальности, во Сне такого знания не присутствовало. И еще понимала Алиани. Если нам, вдруг, доведется встретиться, ни за что на свете не смогу признаться Ему в своих чувствах. Как говорит Фаарр, аномалия – так во всем. Ольховская, ты превзошла саму себя! Влюбиться в сон, видение, недостижимую мечту… Если раньше все это существовало на уровне подсознания, то сейчас рвалось на свободу и грозило захлестнуть меня с головой. Все мои желания сконцентрировались на одном – оказаться рядом и по примеру Узиани бродить следом, вцепившись в руку, преданно заглядывая в глаза и ловя Его дыхание. Кажется, я скоро начну понимать даже Черн… Нет, эту – не начну, то, что она натворила лежит за пределами понимания. Но это все ерунда. Главное, Он почти обернулся! Я видела Его!
– Мар, ау! Ты где? Мар! – Огненный щелкал пальцами у меня перед глазами.
