– Давай, Зори! Присоединяйся к нам с Федом. И ты, Макс, ну же, что вы, как амебы аморфные, ей-богу!
Счастливый девичий голос отражался от стен школы и веселыми отзвуками порхал от одного крыла к другому. Не заразиться ее весельем было сложно. Зори откинула за спину пышную гриву пшеничных волос до талии и вопросительно посмотрела на Макса. Размеренный галантный юноша с каштановой копной на голове, он тоже не спешил присоединяться к друзьям.
– Элис, официально заявляю, ты безумна! – с улыбкой крикнул Макс через весь двор. – Да и Фед тоже. Вы оба сбрендили от счастья! – он громко рассмеялся и легонько толкнул Зори локтем в бок.
– Вау! Это ты уже сдаешь вступительные в медицинский, Профессор? – Элис озорно выгнула бровь, но танцевать не перестала. – Тогда тебя точно примут!
Подхваченная на руки смеющимся Федом, девушка откинула голову назад и заливисто рассмеялась.
– Зори, дорогая, помнишь, как мы мечтали об этом дне? О том, как окончим гребаную школу и забудем все, как страшный сон? Так вот! Он наста-а-ал!
В ответ Зори только широко улыбнулась. Она чувствовала ту же радость, что и Элис, но танцевать не хотела. Сейчас она мечтала поскорее оказаться в лесу за домом и свободно вздохнуть полной грудью, прежде чем начнется взрослая жизнь. С детства ее готовили к тому, что будущее давно предрешено, и оно будет совсем не таким, как у одноклассников. Элис, наконец, поставленная Федом на землю, будто прочитала ее мысли.
– С твоим американским вузом что-то прояснилось?
На мгновение Зори виновато поджала губы. Вся эта история «с американским вузом» необычайно нервировала. Прежде всего, необходимостью врать друзьям и в особенности Элис. Что поделать. Рассказывать правду было провальной идеей. В семнадцать такое сложно понять.
– Нет, родители еще не решили, куда меня определить, – смущенно ответила она.
– Эх, совсем свободы не дают, – возмутилась подруга. – Я своим жесткий ультиматум выкатила: главное, чтоб потом при бабле! И вот смотри, какие они у меня дрессированные, согласились платить за лучший юрфак в Европе, – Элис заговорщически подмигнула. – А твои отпустить поводок не хотят?
Зори снова ощутила укол вины, но виду не подала.
– Ты же знаешь, что у нас с родителями…
–…абсолютное доверие! – хором закончили за нее друзья.
Вся компания шумно рассмеялась, и Зори тоже. Ее щеки ярко вспыхнули, но взгляд остался радостным.
– Неужели я говорю об этом так часто?
– О, всего лишь весь последний год, но зато как проникновенно, – Элис прижала руку к груди и драматически понизила голос. – Твои маменька и папенька так любят эти свои цветочки-лепесточки, что готовы превратить свою милую голубоглазую крошку в настоящую цветочную принцессу, наследницу ароматной индустрии. И тогда благополучное будущее ей обеспечено. Каждый день будет устлан лепестками дикой африканской розы, а первое, что она будет видеть, просыпаясь по утрам, свежий букет из цветов со всех уголков мира. Да и как иначе, когда у родителей такой мощный международный бизнес, а с доченькой…
–…абсолютное дове-е-ерие! – вновь разразились хохотом парни.
Вышло настолько комично, что Зори опять прыснула со смеху.
– Но ведь так и есть, – девушка добродушно развела руками, – цветы –хрупкий товар, и он требует специальных знаний. Как и ведение бизнеса в разных странах. Потому мама с папой и не могут решить, какой вуз подойдет мне больше. Простите, если достала вас.
– Только за это? – шутливо округлил глаза Фед. – А как же дурацкая привычка коверкать имена? На какой там получается, манер, а? Я вот до сих пор не привыкну называть тебя Зори, а не Зариной, а Алиску пафосной Элис, и только Макс не вызывает никаких вопросов…
– Пафосная Элис! – закатилась рыжая. – Ну ты выдал! – вся компания снова зашлась в приступе смеха.
Хоть друзья и подтрунивали над ней, Зори их любила. Из одиннадцати школьных лет они провели вместе всего два последних года, но она успела искренне привязаться к ребятам, а Элис, вообще, считала лучшей подругой. Не верилось, что от нее приходилось что-то скрывать.
– Ладно уж, – прервала ее мысли та, – раз твои старики – такие тугодумы, умоляю, поторопи их. Хочу знать, что эти психи придумали, хотя бы на выпускном. Ну все, зайки, мне пора. Водитель уже прикатил, – она махнула рукой в направлении школьных ворот, у которых припарковался черный «Мерседес».
Фед заключил Элис в объятия и чмокнул прямо в губы.
– Пока, Бестия! Постарайся не помереть до выпускного.
– И тебе не хворать, Каланча, – девушка послала ему озорной воздушный поцелуй и уже на ходу добавила, обратившись к Зори, – пиши мне! Пока, Макс, единственный нормальный чувак среди этих недотеп. Обожаю вас! – прокричала она уже от ворот.
Ребята снова рассмеялись и картинно помахали отъезжающему авто.
– О, а вот и мое такси, – щелкнул пальцами Фед. – Покеда, любовнички! – он скорчил приторную рожицу и, чтоб его не настиг разъяренный в шутку Макс, рванул к выходу.
– Скажи отцу, что такси не катит, даже комфорт! – крикнул тот вдогонку другу, на что Фед обернулся и с ехидной ухмылкой показал средний палец.
