Обещания тьмы полностью

– Ну, разве что то, как они были одеты! Но ничего, что меня бы встревожило.

– А крики?

– Я уже говорила, я сдала им самый дальний коттедж. Они могли там шуметь сколько душе угодно, здесь ничего не было слышно.

Больше здесь делать было нечего. Брэди понимал, что Племя слишком осторожно, чтобы оставлять следы. Однако ему хотелось увидеть место, где сняли те два ужасных фильма.

– Не могли бы вы меня туда проводить?

– Наверх? Нет, сейчас слишком холодно! Я дам вам ключи, только ничего там не трогайте.

Она прошла за стойку. Протянула Брэди ключи, объяснила, как пройти к шале, и дала ему старый электрический фонарь.

– Смотрите, не заблудитесь! Столько снега намело, что спасатели сюда не доберутся, – добавила она, и Брэди не понял, шутит она или нет.

Брэди пробирался по тропинке, которую указала миссис Леннокс. Подниметесь к четвертому шале, потом по ступеням налево. Брэди обошел четвертый домик и нашел ступени, которые вели наверх по склону холма.

Фонарь с трудом разгонял тьму, и Брэди пришлось удвоить внимание, чтобы не упасть. Наконец впереди показалось последнее шале, окруженное высокими деревьями.

Брэди сразу узнал дом, который видел в тех фильмах. Внутри было почти так же холодно, как снаружи. Брэди нажал на выключатель, в просторной гостиной вспыхнул свет. Он прошел дальше, заглядывая в комнаты, внимательно осмотрел каждую кровать. Вдруг кто-то из девушек оставил записку? Но ничего не нашел.

За кухней он увидел лестницу, которая вела в подвал. Брэди спустился по ней и оказался в помещении без окон. Он все еще не нашел того места, которое искал. Почему они провели здесь так много времени, если нужно было снять только общий план, а это всего десять минут на два фильма?

Две двери – одна, стеклянная, вела в сауну, другая, сплошная, в остальное помещение. Подвал занимал всю площадь под домом. Голые стены, цементный пол. Вот оно, то самое место. От страшных декораций не осталось и следа, но сомнений не было: Руби и ее подругу мучили именно здесь. В слабом свете фонаря Брэди заметил на полу потеки воска. Это здесь, подумал он. Здесь погибла душа Руби. Он постоял несколько минут, чтобы проникнуться атмосферой этого места, потом поднялся наверх.

Приходилось признать: эта поездка не дала ничего, кроме уверенности в том, что Племя тут побывало.

Брэди вернул миссис Леннокс ключи и фонарь и поехал обратно в Нью-Йорк. Снежинки плясали в свете фар.

Машин на дороге было много, и он вернулся домой поздно. В почтовом ящике он нашел брошюры, кредитную карту и медицинский полис на имя Кайла Лоренцо. Они помогут ему скрыть свою личность. Журналистские приемы подчас ничем не отличаются от шпионских.

Войдя в квартиру, Брэди сразу включил свет. В темноте ему было не по себе.

Интересно, когда вернется Аннабель?

Раньше он об этом не думал. Он привык к ее непредсказуемому графику. Но теперь…

Нужно успокоиться.

Племя ее не тронет. По крайней мере, воздержится от прямого нападения. Они не захотят привлекать к себе лишнее внимание, ведь Аннабель работает в полиции.

А вот я – другое дело…

Нет, это тоже глупо. Ведь это будет нападением на семью копа.

Но если они узнают, что я все от нее скрыл…

Вчера ночью они сильно рисковали. Что, если бы Аннабель проснулась?

Они бы просто убежали.

Брэди заметил, что уверен в себе гораздо меньше, чем днем.

Им все-таки удалось меня напугать. С наступлением ночи я уже не чувствую себя в безопасности.

Брэди пошел на кухню и взял самый длинный нож, который только смог найти. Затем вернулся в гостиную и включил музыку.

Он будет спокойно ждать Аннабель. Подумает о чем-нибудь другом.

А если понадобится, не колеблясь пустит в ход нож.

Брэди открыл глаза. Было темно. У него над головой был стеклянный купол гостиной, заваленный снегом.

Он пошевелился, и на пол соскользнуло одеяло. Значит, Аннабель вернулась, но не стала его будить. Сколько же сейчас времени? Часы на музыкальном центре показывали начало четвертого. Ветер свистел, бил в окна, стекла дрожали.

Брэди вспомнил о ноже. Его нигде не было. Только этого не хватало! Что, если его нашла Аннабель?! Он обшарил диван и нащупал нож, соскользнувший в щель между подушками.

Брэди прислонился лбом к стеклу. За окном кружились хлопья снега. Ему казалось, что он смотрит в окошко стиральной машины на вихрь перьев, летящих из разорванной перины.

Вдалеке виднелись небоскребы Манхэттена. Несмотря на позднее время, башни Всемирного торгового центра были ярко освещены. Они возвышались над заливом как два великана, охраняющих сон жителей города, как символы ценностей, созданных этой страной в ХХ веке. Соединенные Штаты нашли свое место в мире, и это становилось ясно всякий раз, когда ты смотрел в небо над Нью-Йорком. Пока два гаранта американского единства возвышаются на горизонте, бояться нечего.