Маг сухо мотнул головой, давая понять хозяину товара, что никто не намерен ничего покупать. Вираг воспользовался тем, что навстречу ему по проходу между рядами двинулась шумная толпа, поспешил затеряться среди покупателей и обернулся, посмотрев через плечо на оставленную площадь, чтобы убедиться в том, что патруль покинул эту часть рынка.
Уже который день охрана в столице была увеличена. И это никак не было связано с прошедшим днем рождения юной принцессы. Об этом Вираг прекрасно знал. Всему виной — недавнее вторжение макои на священную королевскую землю. Значит, кто-то из сестер Вахайра находился в городе. И значит, судя по подобной наглости, стоило в скором времени ожидать их следующего хода.
Что привело ведьм в Аделхейт? Что есть такого в стенах столицы, что заставило сестер нарушить давний договор? Король наверняка лютует и собирается призвать хозяйку пустоши к ответу. Гэйнор напрасно гневит драконий род Идгарда. У нее должна быть очень веская причина, чтобы прислать своих сестер сюда.
Вираг неторопливо прошел по одной из многочисленных улиц, лучами расходившихся от центральной площади, и внезапно остановился. Дыхание встречного ветра коснулось его небритого лица. Охотник опустился на одно колено и прикоснулся к сухой земле ладонью, ощущая едва приметную дрожь.
— Мартайн… — Имя ведьмы, словно проклятие, слетело с его губ.
Стихийник встал во весь рост, теперь всматриваясь цепким взглядом в многочисленных людей, сновавших по рынку и площади. Только Мартайн могла быть настолько самонадеянна, чтоб призвать макои в городе, да еще средь бела дня, во время празднования. Как могли его братья пасть так низко, чтобы заключить союз с подобными созданиями?
Род Келемен, объединявший магов воздуха, веками хранил мир и использовал свою силу лишь во благо. Вторжение королевства Азелфлад изменило многих. Старший страж храма покинул этот мир, а братья оставили храм, отвергли свою клятву, использовали силу как оружие и бесчинствовали, наводя страх на соседние кланы.
Вираг стал для них отступником, изгоем и не пожелал подчиниться новому старшему стражу, который повел собратьев по кровавому пути. Маг не пользовался силой для охоты, использовал простое оружие: лук да ножи. И только для помощи мальчишке Кайонаодху пришлось пренебречь своими же убеждениями и использовать магию. Он скрывался и от своих товарищей, и от королевской стражи, поскольку и для тех и для других был предателем и убийцей.
Именно недавнее появление макои вынудило охотника задержаться в Аделхейте. Словно сами боги привели его в город в это время. Благодарности от Девина Кайонаодха Вираг не требовал. Несомненно, он желал удостовериться, что мальчишка жив и здоров, а также успел вовремя туда, куда так летел, забывая об осторожности и здравом смысле. Но маг не собирался ждать, пока с ним свяжутся.
— Что вы ищете в Аделхейте, Мартайн? — Вираг посмотрел на темневшие вдалеке очертания дворца.
Мартайн как-то поведала ему о давнем желании старшей ведьмы Гэйнор возродить павшую королеву инглеронов. Он рассмеялся, услышав такие слова, так как понимал всю глупость затеи. Сестры Вахайра были столь голодны до власти, что порой казались безумными в своей погоне за несбыточными надеждами. Ведьмы заручились поддержкой рода Келемен, думая, что маги поспособствуют в этом деле. Вираг знал, что братья отправились в Баэль-Маргад на поиски легендарного ранцтюра, которым якобы была убита сама королева.
— Неужели поиски увенчались успехом? — пробормотал Вираг. — Так и не оставили эту сумасшедшую затею?
Охотник едва повел пальцами руки, поднимая сухой песок с дороги, и встречным потоком ветра бросил его в лицо вновь появившимся стражникам. Те принялись жмуриться и оттирать глаза рукавами, не имея возможности разглядеть того, кто от них таился. Вираг дождался, пока мрачные леброннцы продолжат путь, и сам прошел дальше, туда, где было больше народа. Маг различал малейшие изменения во встречном ветре и сворачивал каждый раз, когда поток его становился суше и сильнее. Словно послушный пес, он вел стихийника. Тревожные мысли не покидали Вирага, пока он брел по одной из старых дорог города. Маг был уверен в том, что сестры Вахайра закончат свои дни в пустоши, пока последняя из них не рассыплется прахом.
— Вашим мечтам не сбыться. Вы мертвы, вы все давно мертвы, Мартайн.
Время былого величия вышло, и все это — лишь жалкие попытки возродить то, что стало тленом. Ни одна из сестер не способна продолжить род. В своей вечной жажде власти они забыли, что утратили самое главное — время. Оно было на исходе. И никакая павшая королева не изменит этого.
Трой помог Варе взобраться в седло, и она тут же покрепче схватилась за шелковую шерсть странного животного. Громадина, которую лескат называл бедвиром, переминалась с лапы на лапу и поигрывала раздвоенным роскошным хвостом. Серебристо-черная шерсть существа мягкими волнами трепетала под легкими порывами ветра. Бедвир издал грудной рык, и Варя сглотнула ком в горле, еще сильнее стискивая блестящую шерсть на широкой шее зверя.
