Обеты молчания полностью

Сержант начал рыскать по комнате, рассматривать картины, брать в руки фотографии, приподнимать носком края ковра. Луиза все еще стояла у порога. Он был сержантом, а она еще и шести месяцев не проработала констеблем, но она понимала, что он ведет себя явно не по уставу. Она хотела сказать что-нибудь, но, если бы она это сделала, он бы отыгрался на ней позже. Она сразу распознавала козлов, когда встречала их, знала, что с ними нужно делать, но чувствовала собственное бессилие. Уайтсайд отодвинул ее и подошел к лестнице.

– Дрю! Это сержант Уайтсайд. Я хочу переговорить с вами.

– Что происходит? Что случилось?

– Что он там делает?

Сверху раздался звук смывающегося унитаза. Крейг Дрю сбежал по лестнице, застегивая на ходу ремень.

– Вы его поймали?

– Я надеялся, это вы мне скажете.

– Что, простите?

Крейг растерянно посмотрел на них.

Несчастный парень, подумала Луиза, несчастный, черт возьми, парень, он даже не понимает, какое сейчас время суток. Его молодую жену застрелили через две недели после свадьбы, его терзают самые жуткие мысли, страхи и вопросы, на которые он не в состоянии ответить, а сейчас они пришли, чтобы добавить еще.

– У вас же есть велосипед, Крейг?

– Да, есть. Велосипед есть. Да. – У него было совершенно потерянное лицо. Его отец стоял рядом с ним. «Как будто защищал его, – подумала Луиза. – Даже в таком возрасте». Она сильно сомневалась, что ее собственный отец стал бы ее так защищать.

– Ездите на нем там и сям, да?

– Он катается на велосипеде почти каждый день, – сказал Алан Дрю. – Ему нужно выбираться из дома.

– Куда вы ездите, Крейг?

– Я не знаю… Везде езжу. В разные места.

– Вы не знаете. Везде ездите. В разные места.

– Я просто катаюсь.

– В Лаффертоне?

– Да. Или в окрестностях. По пригородам. Специально никуда не езжу.

– А на Даллс-авеню?

– Туда тоже ездил.

– Зачем?

– Мы… Я там живу. Ездил в свою квартиру.

– На велосипеде?

– Да.

– На велосипеде много не увезешь.

– Мне и не надо ничего увозить.

– То есть вы не ездили туда забрать что-нибудь нужное, одежду и так далее?

– Я бы тогда взял машину.

– И я бы тогда поехал с ним. Но что такое, сержант, к чему все эти вопросы про велосипед?

– Знаете клуб «Севен Эйсес», Крейг?

– Нет. То есть я слышал об этом, про других девушек. Это то же самое, да? Просто стрельба без причины?

– Откуда вы знаете, что это то же самое?

– Ну, я думал… Ведь это должно быть то же самое, нет?

– Разве? Мы такого не говорили.

Крейг выглядел так, будто не понимал, что происходит, но готов был в любой момент расплакаться. Он отчаянно посмотрел на Луизу.

– Вы знаете клуб «Севен Эйсес», Крейг? – мягко спросила она.

Уайтсайд бросил на нее недовольный взгляд.

– Нет.

– Вы когда-нибудь там бывали?

– Нет. Мы… Я… Клубы – не то место, куда я хожу. Мы туда не ходили. Мел не любила такие места. Он новый, да?

– Вы сейчас утверждаете, что даже рядом с ним не проезжали?

– Мне кажется, что нет, но я не могу в этом поклясться. Ну как я могу?

– А почему нет? Мне казалось, это очень просто. Вы проезжали мимо «Севен Эйсес» или нет?

Крейг сел и повесил голову.

Уайтсайд продолжал:

– Вы читали про Бетан Бойл, Крейг?

– Кто такая Бетан… А, боже, та, с ребенком. Господи.

– Значит, вы знаете об этом?

– Нужно на Луне жить, чтобы не знать об этом, – сказал Алан Дрю. Он прошелся по комнате, подошел к своему сыну и на секунду положил руку ему на плечо.

– Крейг?

– Да?

– Вы же знаете, где она жила? Где это произошло?

– Да.

– Недалеко от вашей квартиры.

Молчание.

– Вы же были там, да, Крейг?

– Нет.

– Правда? А я слышал, что были. Проезжали мимо на велосипеде. Внимательно разглядывали дом, где это произошло. Это правда?

Крейг поднял голову, его глаза, все такие же растерянные, казалось, глубже утонули в черепе.

– Возможно. Да. Это правда. Я проезжал там на велосипеде. Я пытался это осознать. Я никак не могу это осознать, понимаете? Я все жду, когда она войдет в дверь, а ее все нет.

– Мелани?

– Да.

– И почему это должно было заставить вас проехать мимо квартиры Бетан Бойл?

– Не должно. То есть я не знаю почему. Я хотел увидеть. Наверное. Может, это помогло бы мне осознать. Я не знаю.

– То есть вы проезжали мимо дома, где Бетан Бойл была застрелена на глазах своего полуторагодовалого ребенка?

Крейг откинулся на диване так, будто в него попал снаряд.

– Крейг?

На одну секунду они все застыли посреди маленькой гостиной, но для Луизы эта секунда растянулась на часы, стала бесконечной, как будто в камере заклинило затвор и никто из них не мог пошевелиться.

Уайтсайд сказал:

– Берите пальто. Об остальном я спрошу у вас в участке.

Крейг поднял голову. Растерянность в его глазах сменилась на страх.

– Что?

– Вы слышали. Пальто.

Алан Дрю дернулся. Снова застыл. Перевел взгляд с одного полицейского на другого в поиске ответа. Не нашел его.

– Извините, – сказала Луиза так тихо, что, наверное, никто из них ее не услышал.

– У меня нет.

Сержант развернулся, стоя в дверях.

– Пальто. Мой дождевик на Даллс-авеню. У меня нет пальто. Мне не нужно пальто.

Уайтсайд резко кивнул головой на дверь.

Не иди туда, подумала про себя Луиза, не позволяй себя запугать, у тебя есть права.