– Конечно. А как, по-твоему, оплачивается наша работа с людьми? Как разносится благая весть? Это стоит денег.
– Понятно.
Он встал из-за стола.
– Убери свою миску в посудомойку, Том.
Она посмотрела на его длинную узкую спину, на острые лопатки под футболкой, на его перечного цвета волосы. Волосы Терри.
– Ты должна сходить к нам, – сказал он. – Ты никогда не была у нас. Ты ходишь на выступления оркестра Лиззи, ты ходишь на свой хор. Но на мои мероприятия – никогда. Как ты сможешь понять, что там происходит? Ты этим загоришься. Ты на все посмотришь по-другому.
– Этого я и боюсь.
Она готова была идти спать, но не уходила. В Томе чувствовалось какое-то напряжение, какая-то нервозность. Она подождала, стала копошиться на кухне, расставлять вещи по местам, протирать рабочие поверхности. В конце концов он сказал:
– Я думаю снова поехать в Штаты в будущем году.
– Еще посмотреть страну? Хорошая идея.
– Дело в том, что у нас там есть колледж, в Каролине. Библейский колледж. Со специальной подготовкой.
«У нас».
– Я бы смог там подготовиться.
– Специальная подготовка. Я поняла.
– Не надо меня дразнить. Я мог бы стать проповедником за границей, мне кажется, это мое призвание. Приводить людей – нести веру.
Она ничего не сказала. Она не могла задать вопросы, застывшие у нее на губах. Что бы сказал твой отец? Как ты собираешься за это платить? Тебе не кажется, что ты слишком молод? Ты уверен?
– Мам?
– Да. Что же, это твоя жизнь, Том. Но просто подумай об этом как следует. Это серьезные обязательства.
– Я думаю об этом и усердно молюсь каждый день.
Ей захотелось обнять его: долговязого, худощавого, озабоченного, с тем же выражением, что было у него еще в десять лет…
– Спокойной ночи, милый.
– Мам…
Она остановилась.
– Этот парень, Фил.
– Тебе нужно с ним познакомиться. Лиззи его уже видела. Он тебе понравится.
– Дело в том, что… Я знаю, что я нормально к этому относился, когда все только началось…
На кухне стало тихо. «Подожди, – сказала себе Хелен. – Просто подожди».
– Я просто думаю, может, тебе стоит быть поосторожней? Кто он такой? Ты же на самом деле не знаешь. Он может быть кем угодно.
– Его зовут Фил. Он преподаватель истории. Я провела с ним несколько вечеров. Была у него дома. Что мне еще надо знать?
– Я просто думаю, что тебе нужно быть осмотрительней.
– Начнем с того, что я встретила его в Сети, так что сперва я была очень осмотрительна. Но знаешь, Том… Я правда не думаю, что теперь тебе есть о чем беспокоиться.
– Ладно.
– Нет, не ладно! Ты не должен так со мной разговаривать.
– А что, если он захочет, чтобы ты переехала к нему жить? Или позовет тебя замуж?
– Я очень серьезно это обдумаю.
– Он может быть кем угодно.
– Но он не кто угодно. Том, в следующем году, как мы все надеемся, Лиззи уедет в Кембридж, ты говоришь, что ты будешь в Америке. Я тогда останусь здесь одна.
– Но это не значит, что тебе обязательно нужно с кем-то связываться.
– Пожалуйста, позволь мне самой принимать решения.
– Я мог бы найти тебе кого-нибудь. Я бы подобрал правильного человека.
– Что, из этой твоей секты?
– Речь идет об истине. О том, что изнутри, а не снаружи.
Хелен вздохнула. Они снова уперлись в кирпичную стену.
Когда она зашла в свою комнату, она поняла, что ее трясет. Том хотел выбрать ей партнера и даже, возможно, мужа из секты, чтобы убедиться, что она будет спасена, как он выразился, «изнутри». Наверное, Фил, как и Лиззи, никогда не окажется «изнутри».
Как такое смогло случиться с Томом всего за одну летнюю неделю, как его сознание могло настолько поменяться, что все его взгляды на жизнь перевернулись, оказались изуродованы этими людьми? Лиззи сказала, что это как жить с инопланетянином, и Хелен разозлилась на нее, заставила взять свои слова обратно. Том был ее братом. Но Лиззи была права. Этот новый Том был чужим.
Хелен очень долго лежала, не в состоянии заснуть. Она расстроилась и никак не могла успокоиться. Она тосковала о старом, веселом, жизнерадостном Томе, Томе, который любил повалять дурака. Томе, который смеялся.
Они всей толпой забились в конференц-зал.
– Итак, девочки и мальчики, Лаффертонская ярмарка, суббота, 27 октября.
Глава вооруженной оперативной команды указал на карту на стене.
