Объятые пламенем полностью

Не смотря на слабость, доставшуюся мне после двух дней изматывающей болезни, я была готова съесть всё, что ставил на стол передо мной Дариан: оставшиеся со вчерашнего дня и разогретые в нынешнем дне бульон, картофельное пюре и форель; бутерброды из белого хлеба с красной икрой; нескончаемые чашки малинового и липового чаев с мёдом и мятой. Когда же Дариан протянул мне разогретый в микроволновке ванильный кекс с шоколадной крошкой, я не отказалась и от него, хотя на данном этапе уже всерьёз опасалась лопнуть от переедания.

По-видимому Дариану нравился мой аппетит, так как в течении всего завтрака с его лица не сходил намёк на улыбку, которая однако так и не прорвалась наружу.

Покончив с завтраком, мы вернулись в гостинную, где, упав на диван, начали перебирать телевизионные каналы, пока не остановились на каком-то мультфильме для взрослых, неплохо разрекламированном в прошлом году, но не привлекшем тогда нашего внимания. В итоге уже спустя десять минут мы так сильно смеялись с шутки: “Работа с красивыми женщинами теоретически возможна, но на практике всё время стоит!”, – что я завалилась на бок. Когда, всё ещё смеясь, Дариан похлопал меня по пятой точке и сказал, что эта шутка к нам не относится, мы рассмеялись ещё сильнее, после чего я поняла, что день будет веселым.

За окном всё ещё бушевала снежная буря. Метеорологи сообщали о двухмесячной норме снега, выпавшей всего за двое суток, после чего напоминали о красном уровне опасности и просили оставаться в своих домах, из которых-то и выйти было невозможно – снега нападало по бёдра. Лондон встал в пробках.

Больше всего я опасалась отключения электроэнергии и обогрева, но красивая женщина из телевизора обещала, что этой ночью буря прекратиться, так что я старалась сильно не нервничать, предполагая, что “в случае чего” как-нибудь сутки да продержусь, тем более горячий Дариан всё это время был и остаётся у меня под рукой. Благо с отоплением и светом ничего так и не произошло, что для меня стало даже странным – я уже привыкла во время проливных дождей периодически обходиться без света, так почему же снежная буря вдруг стала исключением?..

Однако вместо отключения электропитания и теплоснабжения я совершенно неожиданно получила более серьёзную проблему, свалившуюся на меня, словно снег на голову (теперь, говоря о снеге на голову, я наверняка знаю, что имею в виду, ведь именно по этой причине последние пару суток я провалялась с лихорадкой). Проблема явилась ровно в три часа дня, прорвавшись ко мне не смотря на красный уровень опасности, подразумевающий безжалостные порывы ветра, невыносимо низкую температуру воздуха и слепящий глаза снегопад.

Когда раздался первый звонок в дверь, я дёрнулась от неожиданности, но когда раздался второй, моё сердце едва не выпрыгнуло из груди от страха. В такую погоду приход гостя не мог предвещать ничего хорошего.

Дариан первым поднялся с дивана и уверенно направился открывать дверь, я же просто встала со своего места и замерла, всё ещё не слыша своего сердцебиения.

В момент, когда Дариан распахнул дверь настежь, в комнату, вместе с кусками снега и ледяным порывом ветра, ввалился человек. Даже закутанного с головы до пят в тёмно-жёлтую куртку, непонятного происхождения валенки, огромный шарф-плед и варежки, я с первого же взгляда распознала человека, который сейчас представлял собой неповоротливый, причудливый кокон. Это был мой папа.

– Папа?! – гулко выдохнула я, словно вкопанная стоя у дивана, пока Дариан закрывал за нежданным гостем дверь. – Что-то случилось?.. – когда отец наконец сбросил с себя лишнюю одежду, заставила себя поинтересоваться я, страшась услышать что-то неприятное.

– Твой домашний и мобильный телефоны недоступны по меньшей мере последний час.

– Зачем ты мне звонил? – ещё сильнее напряглась я, зная, что отец не имеет привычки звонить мне, если только в нашей семье не происходит что-то из ряда вон выходящее, и я не имею ввиду выходки Миши, которые для нас уже превратились в норму – я имею в виду нечто более масштабное. – С Амелией всё в порядке?.. – мой пульс начинал прыгать.

– Бабушка в порядке, – ответив мне, отец протянул руку остановившемуся слева от него Дариану. – Родерик Грэхэм, отец Таши.

– Дариан Риордан, – пожал руку отца Дариан.

– Будешь чай? – подойдя ближе, оборвала мужское рукопожатие я.

– Телефон снова разрядился, – вертя в руках допотопный айфон, доставшийся мне в наследство от Пени, констатировала я, сев за стол с Дарианом и отцом, совершенно не представляя, как вести себя в этой компании. – Так зачем ты пришёл? – поднеся чашку с горячим чаем к губам, поинтересовалась я у отца.

– Во-первых, ты не отвечала на звонки, поэтому стоило проверить, не случилось ли с тобой что, во-вторых, я пришёл за лекарствами.

– Лекарствами? – мгновенно выпрямилась в струнку я.