– Ну, этот нам не страшен, – заметил Серебряный. – Сидите спокойно, он просто проедет мимо. Забавный ты парень, Треар. Надо же, услышать его на таком расстоянии!
– С ним это часто бывает, – сказала Вильтариль. – Позавчера он начал мне рассказывать, на что похожа река. Он увидел ее во сне. Весь в Пятика. Чего же еще от него ожидать?
– Весь в Пятика, – повторил Орех. – Что ж, коли так, за нас можно не беспокоиться. Но, кажется, посвежело. Давайте пойдем вниз и дослушаем сказку в новой теплой норе. Смотрите, а вон и Пятик на обрыве. Ну-ка, кто добежит до него первым!
Через несколько минут на холме не осталось ни одного кролика. Солнце село за Лэдл[30], и на востоке на потемневшем небосклоне зажглись осенние звезды – Персей, Плеяды, Кассиопея, тускло светившие Рыбы и огромный квадрат созвездия Пегаса. Ветер похолодал, и вскоре миллионы сухих буковых листьев полетели в канавы и ямы, а ветер гнал их и гнал, усыпая пестрым ковром целые мили травяных просторов. Вниз, сказка продолжается.
В военном деле
Он был искусен: изучил его
Он у храбрейших. Долго он держался,
Но старость-ведьма злобно к нам подкралась
И вывела из строя!..
Конечно, он мне снился, но ведь и я ему снилась.
«Чем же все это закончилось?» – спросит читатель, который прошел вместе с Орехом и его товарищами весь полный приключений путь к городку на Уотершипском холме, куда вывел их Пятик из полей Сэндлфорда. Мудрый человек, мистер Локли, говорит, что дикие кролики живут два-три года. Он знает о кроликах все. Но Орех все же прожил дольше. Он прожил несколько славных лет и видел, как меняются холмы от весны к зиме и снова к весне. Видел крольчат больше, чем мог их запомнить. И, слушая сказки на солнышке на опушке букового леса, иногда путал, какая из них о нем, а какая об иных героях минувших дней.
Городок процветал. Процветал и новый городок, основанный в Поясе Цезаря, на полпути между Эфрафой и Уотершипским холмом, тот самый городок, о создании которого подумал Орех в страшный день своей встречи с генералом Дурманом, когда, несмотря ни на что, пытался найти выход и спасти жизнь своих друзей. Крестовник стал первым старшиной нового поселения, а Земляничка с Алтейкой стали советниками и многому его научили, и ему не пришлось ставить метки на всех подряд кроликах или по любому поводу снаряжать дальний патруль. Дрема с радостью согласился отпустить к ним своих, и первых эфрафцев привел капитан Анхуз, который оказался толковым, разумным и сделал много хорошего.
Генерала Дурмана больше никто никогда не видел. Наверняка о нем было известно одно: как и сказал Крестовник, его не видели мертвым, и вполне возможно, что в конце концов этот удивительный кролик стал бродягой и зажил один своей странной, суровой жизнью, не прекращая объявленной им войны с элилями и употребив на нее всю свою изобретательность. Кехаар, которого как-то раз попросили поискать Дурмана, ответил: «Шорт бы побрал этого кролика. Я не фидеть его. Я не хочу его фидеть». А через несколько месяцев на Уотершипском холме никто уже не вспоминал, чьи родители – эфрафцы, а чьи – нет. И Орех радовался. А потом родилась легенда, что где-то за холмами живет огромный кролик-отшельник, который может справиться с элилем, будто с мышью, и бегает на силфли прямо на небо. А если у кроликов случится беда, он снова спустится с небес и будет сражаться за тех, кто не посрамит его имени. А мамаши-крольчихи пугали своих непоседливых деток и говорили, что, если они не будут слушаться старших, придет генерал и заберет их и что он приходится двоюродным братом самому Черному Кролику. Вот такую память оставил о себе Дурман, и вполне вероятно, ему это понравилось бы.
Однажды в марте холодным ветреным утром – я не помню точно, какая по счету тогда начиналась весна, – Орех лежал в своей норе и дремал, время от времени просыпаясь. В последние дни выходил он редко, потому что и слышал, и бегал теперь неважно. Ему что-то снилось – то ли дождь, то ли цветы бузины, – и вдруг он проснулся и понял, что рядом с ним кто-то есть. Орех решил, что это, наверное, кто-то из молодых пришел попросить совета. Чужого часовые в тоннеле просто не пропустили бы. «Пустяки», – подумал Орех, приподнял голову и спросил вслух:
– Ты хотел поговорить со мной?
– Да, я для этого и пришел, – сказал кролик. – Ты ведь меня знаешь, правда?
– Да, конечно, – ответил Орех, понадеявшись, что вот-вот вспомнит, кто это. И тут в темноте норы он заметил, что кончики ушей у гостя слегка светятся серебром. – Да, милорд, – сказал он. – Да, я знаю, кто ты.
