– Я все обдумал, – начал он. – Знаю, вы горюете оттого, что несколько дней назад на ферме вам так и не удалось от меня избавиться. Поэтому я решил отправиться чуть подальше.
– Куда это? – спросил Колокольчик.
– В Эфрафу, – отозвался Орех, – если, конечно, кто-нибудь из вас захочет составить мне компанию. Мы уведем оттуда столько крольчих, сколько душе угодно.
Раздался изумленный ропот, а потом Плющик спросил:
– Но
– У нас с Черничкой есть план, – ответил Орех. – Правда, я не стану рассказывать о нем сейчас, и вот почему. Вы знаете, как опасно туда идти. И если кого-то поймают и отведут к генералу, его могут заставить все разболтать. Ничего не скажет лишь тот, кто и сам ничего не знает. Потом, когда придет время, я все объясню.
– Сколько кроликов тебе нужно, Орех-pax? – поинтересовался Одуванчик. – После того, что рассказал Падуб, я решил, что всей нашей команды не хватит, чтобы справиться с эфрафцами.
– Я хочу обстряпать все потихоньку, – произнес Орех. – Но кто знает, как обернется. Ясно одно: с крольчихами быстро домой не вернешься, и если вдруг нас заметит дальний патруль, сил на драку должно хватить.
– Нам нужно будет пробраться в Эфрафу? – робко спросил Плошка.
– Нет, – сказал Орех, – мы…
– Никогда не думал, Орех, – прервал его Падуб, – что наступит такой день, когда я стану с тобой спорить. Но хочу сказать одно – это будет полный разгром. Я знаю, на что ты рассчитываешь: генерал Дурман никогда не сталкивался с умными кроликами вроде Пятика или Чернички. В этом ты, наверное, прав. Так оно и есть. Но беда в том, что никто – ни крольчиха, ни кролик – не сумеет покинуть Эфрафу. Вы ведь знаете – я всю свою жизнь провел в таких вот дальних патрулях. Но с эфрафскими гвардейцами мне не тягаться, и я не стыжусь в этом признаться. Они догонят и вас, и крольчих и убьют всех. Фрит небесный! Рано или поздно каждый все равно найдет себе подругу! Я понимаю, хочется как лучше, но будьте благоразумны, выбросьте это из головы. Поверьте, самое лучшее, что тут можно придумать, – это держаться от Эфрафы как можно дальше.
В «Улье» заговорили все разом.
– Наверное, он прав! Кому хочется, чтобы его разодрали в клочья?
– А тому-то бедняге как уши разодрали!
– Да, но Орех-pax знает, что делает.
– Это слишком далеко.
– Я не хочу идти.
Орех терпеливо ждал, пока все угомонятся. Наконец он сказал:
– Ну вот что. Можно остаться и радоваться тому, что у нас есть. Но можно и попытаться устроить свои дела раз и навсегда. Конечно, поход будет опасный – это понимает каждый, кто слышал, что произошло с Падубом. Но разве нам не пришлось рисковать каждый день, каждую минуту с тех пор, как мы ушли от Треараха? Чего же вы хотите? Сидеть тут и грызться из-за двух крольчих, когда в той самой Эфрафе, которой вы так испугались, их полным-полно и они только рады будут сбежать оттуда?
– А что скажет Пятик? – спросил кто-то.
– Я-то уж точно пойду, – спокойно ответил Пятик. – Орех совершенно прав, и план у него что надо. Но обещаю, если потом я почую неладное, молчать не стану.
– А я, если такое случится, буду его слушаться, – подхватил Орех.
Наступила тишина. Потом заговорил Шишак:
– Вот вам мое слово: я иду, и, к вашему сведению, Кехаар тоже будет с нами.
Раздался гул удивления.
– Но кому-то нужно и здесь остаться, – напомнил Орех. – Кроликов с фермы нечего и думать брать на такое дело, а тех, кто уже побывал в Эфрафе, я и просить не стану рисковать головой еще раз.
– Но я все же пойду, – заявил Серебряный. – Я так успел возненавидеть генерала Дурмана с его Советом, что мне до смерти хочется оставить их в дураках. Если, конечно, для этого не придется идти в саму Эфрафу – это уже слишком. Но нужно же, чтобы кто-то знал дорогу.
– Я тоже пойду, – пискнул Плошка. – Орех-рах спас мне… Я хочу сказать… Я уверен, он понял, что я имею в виду… – Он смешался. – В любом случае я пойду с вами, – закончил Плошка дрожащим голосом.
В тоннеле, который выходил в лес, послышался шорох, и Орех крикнул:
– Кто там?
– Это я, Орех-pax, Черничка.
– Черничка? – удивился Орех. – Я думал, ты здесь. Где же ты был?
– Прошу прощения, что опоздал, – ответил Черничка. – Собственно говоря, мы обсуждали наш план с Кехааром. Он мне здорово помог. Не знаю, выберемся мы оттуда или нет, но, похоже, генерал Дурман останется с длиннющим носом. Поначалу я думал, что это невозможно, но теперь точно знаю: у нас получится.
– «Туда, туда, где трава зеленее, – начал Колокольчик. – Туда, где рядами салат подрос, где бегает кролик, что всех сильнее. Все знают его расцарапанный нос». Я, кажется, тоже пойду – просто из любопытства. Я, как птенец, все открывал, закрывал рот, чтобы спросить, что же это за план такой, но никто ничего не говорит. Наверное, Шишак прикинется хрудудилем и вывезет из Эфрафы всех крольчих до единой.
Орех сердито глянул в его сторону. А Колокольчик сел на задние лапы и пропищал:
– «Генерал Дурман, сэр, ну прошу вас, пожалуйста, я всего лишь маленький хрудудиль, у которого вылился весь бензин, так что если вы не побрезгуете попорченной травкой, то я, сэр, пожалуй, отвезу этих дам…»
