– Так ты тоже его запомнил? Когда мы его слушали, у меня это ощущение и возникло. Он ужаснул меня, и все же я понял, что знаю его лучше, чем все присутствующие. Я знал, откуда он, знал, что он не из этого мира. Бедняга! Я уверен, что он мертвый, он принадлежит им, жителям той страны. Они никогда не раскрыли бы свои тайны просто так. Но погляди-ка. Вот и Черничка с Падубом, поэтому мы сейчас наверняка в нашем мире.
Падуб, еще вчера спустившийся с холма, опять начал повествование о своем бегстве из Эфрафы. Когда он вел рассказ о своем освобождении гигантским призраком, внимательно слушавший его Пятик задал всего один вопрос: «Шумело ли привидение?»
Позже, когда Падуб ушел, Пятик сказал Ореху, что всему этому есть какое-то обычное объяснение, правда, он не знает какое. Но Орех почти не проявил интереса к словам Пятика. Для него важнее было, почему они испытали такое разочарование. Падуб потерпел поражение, и все потому, что кролики Эфрафы повели себя недружелюбно. Этим же вечером, как только они принялись за еду, Орех вернулся к этому вопросу.
– Ну, Падуб, – начал Орех, – мы, похоже, вернулись к тому, с чего начали? Вы совершили подвиг и вернулись ни с чем, а налет на ферму, боюсь, оказался дурацкой забавой, которая мне обошлась недешево. Настоящего дома у нас как не было, так и нет.
– Говоришь – забава? – ответил Падуб. – Но, Орех, у нас теперь две крольчихи, и они единственное, что у нас есть.
– Да будет ли от них толк?
Мысли, обычно приходящие в голову человеческим существам мужского пола, когда они думают о женщинах, – мысли о заботе, верности, романтической любви, – конечно, неизвестны кроликам. Однако кролики создают устойчивые союзы чаще, чем об этом подозревают люди. Правда, в этих союзах нет ничего романтического. И Орех с Падубом просто хотели, чтобы две крольчихи с фермы «Орешник» принесли приплод. Ради этого они рисковали жизнью.
– Пока трудно сказать, – отозвался Падуб. – Они так стараются здесь обжиться, особенно Ромашка. Похоже, она очень способная. Но как же они беспомощны – никогда такого не видел! – и, боюсь, в холода им придется туго. Может, им удастся пережить эту зиму, а может, и нет. Но когда вы собирались на ферму, вы ведь не знали, что так получится.
– Если нам повезет, дети могут родиться и до зимы, – заметил Орех. – Я знаю, что так не должно быть, но у нас пока все наперекосяк, и никогда ничего не угадаешь.
– Ну, если тебя интересует, что я думаю по этому поводу, – начал Падуб, – то скажу тебе так: две крольчихи – это, конечно, хорошо, но маловато. Рано нам еще расслабляться. Думаю, что почти наверняка какое-то время у них не будет потомства, отчасти из-за того, что сейчас для этого не сезон, отчасти из-за того, что они попали в непривычные для них условия. А когда они принесут потомство, крольчата наверняка будут напоминать родившихся в неволе. Но мы должны наилучшим образом воспользоваться тем, что имеем.
– Еще никто не попытался обзавестись парой?
– Нет, крольчихам не до того. Но могу себе представить, какая потом начнется драка.
– Вот тебе и еще одна забота. Нужно искать новых подружек.
– Откуда же их взять?
– Откуда? Я знаю откуда, – ответил Орех. – Не знаю только
– С тем же успехом ты можешь решить увести их с Инле, Орех-pax. Боюсь, я не сумел объяснить тебе толком, что это за племя.
– Нет-нет, я все понял. У меня кровь стыла в жилах от твоего рассказа. Но это необходимо.
– Это невозможно.
– Невозможно, если рассчитывать увести крольчих либо честно, либо силой. Значит, нужно придумать какую-нибудь хитрость.
– Поверь, никакие хитрости не помогут. Эфрафцев намного больше, чем нас, они прекрасно организованы. Я не преувеличиваю: каждый из них умеет драться, бегать, брать след не только не хуже – намного лучше нас.
– Эта хитрость, – сказал Орех, оборачиваясь к Черничке, который во время их разговора лишь молча жевал и слушал, – эта хитрость должна помочь нам решить три задачи. Во-первых, выманить крольчих из Эфрафы, во-вторых, уйти от погони, потому что погоню они пошлют непременно, а второго чуда ждать не приходится. Но это не все. Надо так замести следы, чтобы их не нашел никакой дальний патруль.
– Да, – с сомнением в голосе произнес Черничка. – Да, согласен. Чтобы дело закончилось успешно, мы должны как-то со всем этим справиться.
– Вот-вот. Вот ты как раз и придумаешь такую хитрость.
Сладкий запах гниющих бузинных ягод заливал воздух, и над густыми белыми зонтиками, низко нависшими над травой, в лучах вечернего солнца жужжали насекомые. Два оранжево-коричневых жучка, потревоженных кроликами, поднялись с травинки и улетели, по-прежнему сцепленные, куда-то вдаль.
– Даже у жуков есть пары, только у нас нет, – наблюдая за их полетом, сказал Орех. – Хитрость! Придумай эту хитрость, Черничка. Чтобы дела наши уладились раз и навсегда.
– Я еще мог бы попробовать выманить крольчих, – отозвался Черничка. – В конце концов, тут я и сам справился бы. Хотя риск большой. Но вот что делать дальше, представления не имею. Мне нужно сначала потолковать с Пятиком.
