— Он ведь сам этого хотел!
— А тебе это так претило, что с приходом Дезмонда на твое место ты выдохнул с облегчением и совсем не испытал ревности? — Сезар прищурился. — Я часть твоей души, Мальстен. Не пытайся меня обмануть.
Мальстен невольно сжал руки в кулаки. Отчего-то слушать своего воображаемого наставника было поистине неприятно. Если б от этого разговора не зависело его возвращение в мир, где в нем нуждаются, он заставил бы Сезара замолчать.
— После твоего бегства Бэстифар оценил тебя еще выше. И он заключил с тобой договор. Ты стал чуть ли не вторым правителем Малагории.
— Этого — я не хотел! — воскликнул Мальстен.
— Ты занял положение наставника Дезмонда в цирке. Труппа внимала тебе гораздо больше, чем ему, и не говори, что тебе это не нравилось, — продолжал Сезар, игнорируя его возмущение. — Тебе доверяли все, и ты старался не ударить перед ними в грязь лицом. На том и погорел. — Сезар вздохнул. — Нет, ты не избегал ответственности. Наоборот, именно ее ты и искал. А вместе с ней приходила власть, которая считалась бременем и неизбежным злом. Но ведь она вдохновляла тебя, Мальстен. Не говори, что это не так. Это было твоим способом впечатлять других, а ты делаешь это всю свою жизнь. Разве нет?
Признавать это не хотелось, но в словах Сезара была колкая неприятная истина, сбежать от которой не получалось.
— Я называл тебя бездарью, — продолжил наставник с несвойственной ему мягкостью в голосе, — потому что хотел напомнить тебе: каким бы сильным ты ни был и какой бы властью ни обладал, ты уязвим. И не всемогущ. Я не хотел, чтобы твой дар опьянил тебя так же, как он пьянил других. И я знаю, ты на меня за это обижен.
Мальстен поднял на него взгляд.
— Я не…
— Не лги. — Сезар говорил спокойно, но в голосе зазвенела привычная сталь. — Хватит пытаться выставить себя кем-то другим, чтобы подняться в моих глазах. Я давно умер, Мальстен. А ты жив. Не это ли доказательство, что ты умеешь избегать опасности куда лучше меня? — Он усмехнулся. — Бенедикт Колер явился в Хоттмар, и я не сумел ему противостоять, а у тебя получилось. Ты мог сам с горячей головой кинуться мстить ему после того, что случилось в Хоттмаре, но тогда ты бы себя выдал. Без провокаций он в ту пору не мог достать тебя, у Культа не было такой власти. Никто бы не позволил ему пускать кровь герцогам направо и налево без свидетельских показаний. Ты знал это и сдержался. Этого достаточно. — Он многозначительно вгляделся в глаза ученика. — Достаточно, чтобы не притворяться.
