Мальстен прерывисто вздохнул. Фоновый пульс, разносящийся по призрачному туманному городу, участился.
— Я понимаю, почему ты был со мной строг. Видят боги, я этого заслуживал. И, боюсь, что, несмотря на эту предосторожность, все твои страхи я воплотил.
— Как посмотреть, — пожал плечами Сезар. — Ты не раз попадал в трудные ситуации, но выходил из них.
— Я был не один.
— И в этом главная твоя заслуга. — Сезар невесело усмехнулся. — Я учил тебя быть одиночкой, но не отучил доверять другим. Будь ты в те моменты один, возможно, уже погиб бы. Впрочем, будь ты одиночкой, может, и не угодил бы в переплет, но ради чего бы ты тогда жил? — Он пожал плечами. — Пути богов неисповедимы, Мальстен. Мы не можем с точностью сказать, как бы сложилась наша судьба, если б мы сделали иной выбор. Но в одном я уверен: я рад, что настоящим одиночкой ты так и не стал. Твое решение я считаю верным.
Мальстен кисло улыбнулся.
— Ты — это я, не забыл? Настоящий Сезар вряд ли бы с тобой согласился.
— А вот тут ты ошибаешься. Уверяю тебя, он посчитал бы точно так же. Другое дело, что его гордость не позволила бы ему признать это вслух. Думаешь, для него не имел никакого значения тот пьедестал, на котором он стоял для тебя? Думаешь, он готов был так просто распрощаться с ним? — Сезар покачал головой. — Ты его ученик. Взгляни на то, как воспринимаешь собственное положение, и поверь мне: он относился к этому так же.
Мальстен прикрыл глаза. Сезар понимающе улыбнулся, и эта улыбка зазвучала в его голосе, когда он заговорил снова:
— Вы с ним во многом похожи, но во многом различаетесь. Иначе и быть не могло. И, знаешь, он ведь не всегда был прав. Сезар Линьи не был непогрешим. И в общении с тобой он проявлял гораздо больше строгости, чем требовалось. Он, может и рад бы был это изменить, но боялся, что навредит тебе гораздо больше.
Мальстен нервно усмехнулся.
— За это я… наверное, держал на него обиду. Довольно долго.
— Сейчас не держишь?
Мальстен посмотрел в затянутое сизыми тучами небо.
— Нет, — покачав головой, со смиренной улыбкой ответил он. — И ты знаешь, что сейчас я не лгу. Знаешь, после того как я отдал Бэстифару расплату в качестве оружия, — бесполезного, как оказалось, — я ведь столкнулся с новой ее формой. И она уже не станет легче. — Мальстен вздохнул. — Она будет такой, и, когда я вернусь, с этим придется учиться жить. — Он перевел досадливый взгляд на Сезара. — Сейчас мне даже жаль, что по возвращении никто не проявит твоей строгости, чтобы вновь научить меня терпеть. Я должен буду сделать это сам.
