— Да вовсе нет. Участие в таких спектаклях привлекает самых разных людей. Хотя… если призадуматься… Что-то я еще не встречала на своем веку абсолютно счастливого человека. У каждого свой скелет в шкафу. И очень хочется от него избавиться.
Жаклин усмехнулась. А был ли у нее свой скелет в шкафу? Поразмыслив, она пришла к выводу, что для размещения того количества скелетов, которые принадлежали ей, пришлось бы полностью освободить шкаф от одежды.
Пьер Грати с чувством довольства и гордости наблюдал из окна за прекрасно сложенной фигуркой Барбары. Девушка взяла на себя заботы о многочисленных цветах в саду. Он смотрел, как ловко она управляется с лейкой, тяпкой и садовыми ножницами и думал, что многие называют это счастьем — солнечное утро, красивая женщина за окном ухаживает за твоим садом и вполне предана тебе… Он стряхнул наваждение и полностью переключил внимание на то, что в это время говорил ему собеседник.
— Мы стоим перед необходимостью сокращения сроков. Вы не можете не понимать, какие это деньги. Эти деньги в пятнадцать раз превышают прежнее финансирование ваших разработок. Какие еще вам нужны аргументы?
— Мне не нужны аргументы, — проговорил Грати. — Я не меньше, чем вы, заинтересован в результатах. Но я боюсь, что вы не понимаете одной простой вещи: в большинстве своем научные исследования нельзя ускорять или замедлять по воле исследователя.
Ну никому же не придет в голову ускорять, например, плавку свинца при оптимально заданных параметрах процесса. Есть максимальная скорость, максимальная температура — те пределы, которые уже невозможно преодолеть. Другой пример, Для того чтобы убедиться в действии того или иного закона, экспериментатор должен проделать достаточно большое количество опытов, Трех или десяти опытов недостаточно. А на их проведение необходимо время. Почему вы так уверены, что психиатр, в отличие от физика или химика, может наплевать на все эти условия и сократить время своей работы? Ведь призывая к этому, вы призываете к некачественному выполнению исследования.
— Я не призываю вас к халтуре, — недовольно проговорил собеседник. — Меньше всего мне хотелось бы, чтобы вы меня так поняли. Я просто прошу продумать еще раз те возможности, при которых сроки экспериментов могли бы быть сокращены и мы получили бы на руки первый пакет результатов. Я не думаю, что это так уж невозможно.
— Послушайте! — Пьер Грати начинал раздражаться. — Я ученый, а не какой-нибудь доморощенный любитель. Вы думаете, что, начиная работу, я не продумывал все возможности? Что я ввязался в дело как школьник, любопытствуя что из этого получится?
Вдруг что-нибудь да выйдет? За кого вы меня принимаете?
— Ради Бога! Дорогой мсье Грати! Зачем же так относиться к моей просьбе? Просьбе, вы понимаете? Ведь есть же предварительные результаты, правда?
— Да, но они и есть — предварительные.
— Больше ничего не требуется, милый Пьер. Я не собираюсь выдавать их заказчику в качестве окончательных. Я продемонстрирую их именно как предварительные. Но ведь уже в них обнаруживается та тенденция, которая нас интересует… С этим же вы не будете спорить?
— С этим я спорить нс буду. Но весь дальнейший цикл может привести к одному Богу известным результатам. Которые могут нс соответствовать предварительным выводам. И как мы… как вы будете выглядеть перед заказчиком?
— Это мое дело, уважаемый мсье Грати. Вас это не должно беспокоить. Каждый из нас отвечает за ту часть работы, которую он может делать успешнее и профессиональнее другого. Я ничего не понимаю в вашей науке, да и не стремлюсь понять. Мои же переговоры с покупателем… думаю, вся эта механика должна быть скучна для вас.
Пьер кивнул. Все это были лишь слова.
Он понимал, что если что-то не заладится с экспериментами, собеседник предъявит все претензии к нему, к его исследовательскому институту. Он не любил иметь дела с бизнесменами, но был вынужден всю жизнь общаться с ними. А сейчас… Он чувствовал, что вся эта история может закончиться весьма безрадостно. Куда они торопятся, в конце концов?
Собеседник Грати встал и подошел к окну, Невольно его губы растянулись в блаженной улыбке.
— Красивая у вас племянница, Грати.
— Да… — пробормотал Пьер. — Только очень застенчива. С трудом уговариваю ее пройтись по деревне.
— Ну, это возрастное, — хохотнул собеседник, — выйдет замуж, нарожает детишек. Вот тогда посмотрим на ее застенчивость.
«Она никогда не выйдет замуж», — Пьер чуть не сказал это вслух.
— А это еще кто? — вдруг как-то резко и с несвойственным ему испугом спросил собеседник.
Пьер подскочил к окну. За забором стоял совершенно невзрачного вида человек и о чем-то, улыбаясь, расспрашивал Барбару. Она пожимала плечами, а потом махнула рукой в сторону озера. Незнакомец благодарно кивнул и скрылся.
— Впервые вижу, — пробормотал Грати. — Новый гость замка, наверное. Что это с вами?…
— Да нет, ничего… Нервы, будь они неладны. Напомнил одного знакомого.
— Абсолютно незапоминающийся тип. С другой стороны, как раз такие и напоминают нам кого угодно. Еще кофе?
