Островитяне вынесли из трюмов мешки и сумки и перебрались через борт на «Датею», а несколько мужчин тем временем ждали, чтобы перерезать веревки и отвязать ее от двух других кораблей. Диара, прислушивавшаяся к спору, снова повернулась к ним и сказала:
– Он прав, Ниран, нам нужно уходить. Мы можем построить новые корабли.
– Не сможем, если не расплатимся по долгам. – Ниран покачал головой: – Я должен остаться. Возможно, они уйдут, когда увидят, что нас здесь нет.
Звон недоверчиво уставился на него:
– Скверны найдут тебя, а если и нет, ты не сможешь выжить в этом лесу в одиночку.
Ниран, похоже, ничуть не собирался уступать, и Лун прибавил:
– Если останешься, тебе придется пойти с нами. – Уж на это Ниран точно не согласится.
Ниран сказал:
– Хорошо, раз так нужно.
Не успел Лун сообразить, что к чему, как все порешили. Делин поспешил прочь, чтобы убедиться, что его книги и письменные принадлежности перенесут на другой корабль, Ниран пошел с ним, а Лун отругал себя за собственную глупость. Звон усмехнулся и сказал на языке раксура:
– Жемчужине это не понравится. Она недолюбливает земных обитателей.
– Жемчужина всех недолюбливает, – заметил Лун. Быть может, Скверны не уничтожат корабли, когда обнаружат, что островитяне сбежали. Все было возможно.
Пока команды готовили «Датею» к отбытию, Диара приказала добавить несколько деталей для достоверности. Они свесили с борта «Валендеры» длинную веревочную лестницу до самой земли, чтобы было похоже, будто по ней экипаж бежал с корабля. Несколько матросов спустились вниз и забегали в зарослях папоротника под кораблями, топча растения, ломая ветви и оставляя за собой следы. Еще они обронили наскоро собранную сумку с хлебом и сушеными фруктами, оставили оборванную повязку на кусте с шипами и зашвырнули несколько сандалий вниз с холма в густые заросли деревьев. Лун подумал, что это должно сработать. Скверны не умели выслеживать по земле; они охотились в основном в воздухе, а поскольку их добычей почти всегда становились земные создания, застрявшие в зданиях или на открытых улицах городов, он решил, что твари ни о чем не догадаются. Лун надеялся, что они быстро сдадутся, когда не смогут сразу же найти островитян в окружающих джунглях.
Все это заняло совсем немного времени, и к тому моменту, когда Ниран вернулся, они уже закончили. На нем была куртка из плотной ткани, а в руках он нес походный мешок.
– Я готов, – сказал он. Выглядел он скорее зло и решительно, чем взволнованно.
«Датея» уже взлетала, и Делин помахал им с палубы.
– Берегите себя! – прокричал он. – И отправьте нам весточку, когда сможете!
Лун помахал в ответ, проследил за тем, как корабль поднялся, затем повернулся и направился в сторону побережья.
Звон горько произнес:
– Корабли были хорошей затеей. У нас бы все получилось. Мы могли бы перевезти весь двор. Приди мы хоть на день раньше…
– Тогда Скверны напали бы на день раньше или стали бы нас преследовать, – сказал Лун. Что толку думать, как все могло сложиться? Он повернулся к Нирану: – Тебе придется нам довериться.
– Знаю, – сказал Ниран с таким выражением, словно этого ему хотелось в последнюю очередь.
Пролетая над джунглями по направлению к колонии, Лун думал, что на нее, должно быть, уже напали. Они летели против ветра, насквозь пропитанного смрадом Сквернов, смешанным с кровью, грязью и чистым запахом реки.
Они пролетали над небольшой полянкой – местом, где высокое упавшее дерево повалило все, что росло вокруг него, – и Лун, повинуясь порыву, заложил вираж и приземлился. Звон последовал за ним, сев на груду валежника и поставив Нирана на ноги. Тот качнулся в сторону и осел на тяжелую ветку, уронив голову на руки.
– А вы летаете быстрее, чем я думал, – тяжело дыша, сказал он.
Звон не обратил на него внимания.
– Ты это чуешь? – спросил он Луна, не находя себе места от беспокойства. – Мы опоздали.
Лун повернулся к Нирану и заговорил по-альтански:
– Скверны уже в нашей колонии, мы чувствуем их запах. Я не хочу, чтобы они тебя увидели, – если это случится, они могут усерднее взяться за поиски остальных.
Ниран поднял на него глаза и горестно кивнул. Даже если он все еще относился к ним с подозрением, спорить с тем, что сказал Лун, он не мог.
– Я подожду вас здесь.
Это было наилучшее решение, но Лун не хотел оставлять Нирана на земле одного. Островитянин не знал эти места, и если они не смогут вернуться за ним, то он безнадежно заблудится.
– Останешься с ним, – сказал он Звону. Это решало и вторую проблему. У Луна было нехорошее предчувствие насчет того, что они обнаружат в колонии, и Звону, пожалуй, не стоило этого видеть.
– Ты не хочешь, чтобы я дрался, да? – смущенно спросил Звон.
И это отчасти тоже.
– Просто оставайся здесь, – сказал Лун и взмыл в воздух.
За следующей грядой показалась долина, а за ней – большая ступенчатая пирамида, сидевшая поперек неглубокой реки. Над ней мерно кружили крупные темные силуэты, похожие на птиц-падальщиков, завидевших умирающего травоеда. То были большие кетели.
Лун уже знал, что они опоздали, но все равно от одного вида тварей у него вскипела кровь.
