Вместо этого она встретила Дэвида, вундеркинда медицины. Он был сыном профессора истории, и когда она стала помощником профессора, она узнала все о нем. Уровень IQ Дэвида было выше, чем у гения. Он закончил среднюю школу в четырнадцать, колледж в семнадцать, потом пошел в военно-медицинскую школу, и был уже практикующим хирургом в возрасте двадцати пяти лет, когда она встретила его. Она ожидала, что он будет или высокомерным - "я все знаю ", или полным ботаником.
Сначала смысл этих слов не дошел до него, и он оглянулся, ожидая увидеть позади себя свою жену. Когда до него дошёл смысл сказанного Сюзанной, он неосознанно посмотрел на бумажно-белое лицо раненной женщины, мягкие коричневые завитки вокруг ее лица, рассыпанные в беспорядке.
- Возможно, Дуги младший проспит всю ночь. Она нежно погладила рукой пушистую головку малыша, и тот в ответ сделал пару сосательных движений ротиком. Одновременно оба взрослых сказали:
- Тогда сегодня вечером, - сказала Милла, поворачиваясь на бок и улыбаясь ему. - Я буду не давать Джастину спать столько, сколько смогу, чтобы ночью он точно заснул.
- Мой ребенок! Мой ребенок! Кто-то забрал моего ребенка!
- Ничего особенного. Собираюсь пройтись по магазинам с утра, до того как станет слишком жарко.
- Ни о чем другом и думать не могу.
Милла зевнула и потянулась, от этого движения сосок выскочил из расслабленного ротика малыша, который хрюкнул, сделал несколько сосательных движений и успокоился. Очаровательно. Дэвид вытянул палец и нежно погладил округлый холм голой груди. Он был восхищен новыми формами жены. До беременности Милла была худой, даже поджарой, как бегун на дальние дистанции. Теперь ее фигура округлилась, стала мягче, и послеродовой запрет на секс сводил его с ума. Он не мог дождаться завтрашнего дня, когда Милла пойдет на шестинедельный осмотр к Сюзанне Коспер, акушеру-гинекологу. Вообще-то, в связи с несколькими непредвиденными обстоятельствами, нарушившими график Сюзанны, теперь это было почти семь недель, и Дэвид был уже готов выть на луну. Он мастурбировал для снятия напряжения, но это и близко не могло сравниться с занятиями любовью с женой.
У них не было времени, чтобы убрать операционную, или пополнить запасы инструментов. Эннели бегала и собирала всё необходимое для операции. Джоанна оборачивала манжету тонометра вокруг мягкой руки Миллы и стремительно качала его, в то время как Сюзанна срезала на ней одежду.
Если Миллу что-то раздражало, она старалась не показывать этого. Она была самым уравновешенным человеком, которого Дэвид когда-либо встречал, и даже после двух лет брака он до сих пор не мог поверить в свое везение.
- Хорошо. - Дэвид взял свои ключи. – Чем собираешься заняться днем?
Дэвид уже завершил операцию по удалению грыжи и мыл руки, в то время как Рип Коспер, муж Сюзанны и анестезиолог бригады, последний раз проверили давление и пульс, чтобы удостовериться, что пациент в порядке, прежде чем передать его под контроль Эннели Лански, медсестры. У них собралась здесь отличная команда для работы; он будет скучать по ним, когда этот год закончится, и все они вернутся к регулярной практике в Штатах. Но он уж точно не будет скучать по тесному, одноэтажному блоку клиники, с потрескавшимися кафельными полами и примитивным оборудованием, но определенно будет скучать по коллегам, по своим пациентам, и конечно, по Мексике. Он планировал следующую операцию на желчном пузыре, когда услышал шум в коридоре, из-за двери доносились крики и проклятия, звуки борьбы, и истерические вопли. Вытирая руки, он бросился к выходу, когда Джоанна Мендоза, другая медсестра, начала звать его.
Только опыт позволил ему встряхнуться и начать действовать, подхватить и положить женщину, которая была похожа на Миллу на каталку. Ее платье, руки и кисти были в крови, ее ноги и ступни, и даже туфли были окровавлены. Нет, только одна сандалия, выглядела точно так же как пара Миллы, которую она часто носила. Дэвид посмотрел на пальцы ног с розовыми ногтями, и тонкую золотую цепочку вокруг правой лодыжки, и почувствовал, как у него внутри всё оборвалось.
- Группа крови первая положительная, - сказала Сюзанна. Как она узнала? Ах, да, она брала кровь у Миллы перед родами Джастина.
Милла? Это не может быть Милла. Его жена дома с Джастином, живая и здоровая. Эта окровавленная женщина только отдаленно напоминала его любимую жену. Это не могла быть она.
- Ножевое ранение нижней части спины, - сказала Джоанна, раздраженная шумом вокруг, пока они не закрыли дверь операционной, оставляя большую часть шума за ней. – Двое мужчин напали на нее на рынке. - Она судорожно задержала дыхание. - Они забрали Джастина. Милла боролась с ними, и один из мужчин ранил её.
