На столе Дэвида были выставлены несколько рамочек с фотографиями. Уже догадываясь, кто на них, Милла обошла стол и посмотрела. На одной была милая рыжеволосая женщина с заразительной улыбкой, вероятно Дженна, так как на другой та же женщина и Дэвид обнимали друг друга, позируя перед камерой. Еще в одной рамочке в виде сердца было фото пухленькой девочки с гладкими блестящими волосами, которая держала куклу за волосы и выглядела сама как маленькая куколка в длинном кружевном платьице. На другом снимке Дженна держала младенца и сияла от радости – вероятно недавнее прибавление в семействе – решила Милла.
Он засмеялся, как только провел ее в свой личный кабинет и закрыл дверь. - Дженна их также называет. Я же дал им прозвище - телохранители. Мне как-то спокойнее, когда они снуют вокруг.
- Их зовут Ли и Ронда Уинборн. Живут в Черлотте, Северная Каролина. Я проверила их - хорошие ребята. Честные, довольно обеспеченные. Они назвали его Закари.
- Она была соучастником, - выпалила Милла.
- Милла, - обратился он к ней, протягивая руки и улыбаясь той замечательной улыбкой, которую только вчера она видела на лице у сына, и которая светилась на его лице как новогодняя елка. Голубые глаза нежно смотрели на нее. - Замечательно выглядишь. Заходи.
Копия Дэвида.
- У меня есть фотографии, - сообщила она, с нетерпением роясь в портфеле. - Я сделала их вчера.
- Я знаю. - Дэвид поднял глаза, пристально изучая ее лицо, как раннее изучал снимки. - После случившегося я тебя не узнавал, - прошептал он. - Я был раздавлен, но остался прежним. Ты же... ты превратилась… - он замолк в поисках подходящего слова. - В амазонку. Я не мог угнаться за тобой, не мог даже коснуться тебя. Ты была настолько энергична, полна решимости, а я остался далеко позади.
Дэвид уставился на нее в шоке. - Что?
Прошлая неделя была насыщена эмоциями как при поездке на американских горках. События чередовались с такой скоростью, что она не успевала реагировать на одно, как случалось другое. Сначала она нашла информацию, которую Диас хотел уничтожить, затем смогла пойти по следу, ведущему прямо к Джастину.
- Наверное, нисколько. В этом городе полно хороших хирургов. - Затем самолюбие дало о себе знать. - Ну хорошо, может быть двадцать или около того. Или тридцать.
- Он.., - Дэвид сглотнул, подавив рыдание, и все же его голос дрожал, когда он задал самый важный для родителя вопрос. – С ним все хорошо?
- Он похож на меня, - торжествующе воскликнул Дэвид.
- Нет. Не отказался. - Подбежав, Милла обняла его за плечи. - Самым страшным для меня было то, что он мертв, и я не могла прекратить поиски, пока не буду уверена в этом наверняка. Не было ничего такого, что ты должен был сделать, но не сделал…
- Где он? - спросил Дэвид. - Кто его усыновил?
Глубоко вздохнув, Милла направилась в аэропорт Черлотта, вернула арендованную машину и взяла билет до Чикаго.
- Она говорила, что я создал свою копию.
Милла наблюдала через бинокль, как он бегает по школьному двору переполненный энергией, свойственной всем детям его возраста. Похоже, с ним было четверо или пятеро приятелей, они толкали друг друга, от души смеялись над своими шутками, в общем, важничали и кривлялись, разыгрывая из себя крутых ребят. Возможно, для десятилетних они и были крутыми.
Дэвид ухмыльнулся:
- Деньги, - горько ответила Милла. - Все из-за денег.
Дэвид заметно качнулся и грохнулся на стул для посетителей. Бледный и онемевший, в шоке уставился на Миллу. Медленно слезы выступили на его глазах и потекли по щекам. Дрожащими губами он наконец смог выдавить из себя:
- Я не хотела, - сказала Милла, вздохнув. - Но я ничего не видела, ничего не слышала. Знала только одно: Джастина нет, и я должна его найти.
- Откуда ты знаешь?
Наконец Милла отстранилась:
Этим утром Милла безудержно рыдала, глядя, как он садится в автобус и махает другой женщине. Все в нем было таким знакомым, начиная от цвета волос, лица, заканчивая походкой. Личико, оставаясь все еще детским, начинало приобретать юношеские черты. Светлые волосы, голубые глаза, улыбка - вылитый Дэвид.
- Юрист, который вел это дело, тоже не знал. Сделки прокручивались ловко, с фальшивыми свидетельствами о рождении и подтверждающими документами от подставных матерей. Все, усыновившие детей через них, думали, что это легально.
Они не занимались сексом… четыре месяца? Она не знала точно. Конечно, Рипу уже пятьдесят и, в этом возрасте, людям свойственно снижать темп жизни. Но раньше их сексуальная жизнь была регулярной, а сейчас равна нулю. Значит, дело в другой женщине.
Ничего не отразилась на его лице, казалось, Рип даже не удивился вопросу.
Она не хотела развода. Сюзанна любила Рипа. После всех этих лет, она все еще любила его. Он был веселым, умным, обаятельным. Хотя анестезиологи, как правило, немного общаются с пациентами, Рип мог наладить контакт и расслабить практически любого пациента, лучше, чем кто-либо.
- Приложу все усилия. С нашей занятостью иногда очень трудно выбрать время для встречи с подругой.
